НОВОСТЬ
Ариф Керимов: Для нас важнее «что делать?», а не «кто виноват?»
[caption id="attachment_162615" align="aligncenter" width="671"]
Фото: ФЛНКА[/caption]
В последние недели Дагестан стал самым обсуждаемым регионом России. Об этом говорят федеральные СМИ, популярные блогеры, социальные сети. К сожалению, повод для всего этого далеко не радостный — республика за короткий срок превратилась в один из самых острых очагов распространения коронавирусной инфекции. Мы решили узнать, как видит ситуацию в родном регионе член Совета при Президенте Российской Федерации по межнациональным отношениям, руководитель Федеральной лезгинской национально-культурной автономии Ариф Керимов.
Ариф Пашаевич, из Дагестана продолжают приходить новости о катастрофических цифрах распространения COVID-19 и сотнях смертей. Почему подобное произошло именно в Дагестане?
Если ещё два месяца назад многим казалось, что эта беда обойдёт такие удаленные от центра регионы, то теперь очевидно, что угроза была очень сильно недооценена.
Сейчас всем понятно, что мир столкнулся с новым явлением, непохожим на эпидемии прошлых лет.
Ни одна медицина мира не оказалась готовой к этому вызову. Поэтому то, что произошло в России, в том числе в Дагестане, нельзя назвать исключением.
К сожалению, особенности социально-экономического уклада республики и ее образа жизни сыграли на руку распространению коронавируса.
В Дагестане большое количество людей, занятых в сфере розничной торговли, частных транспортных перевозок и связанных отраслях, которые не могут остановить работу без потери дохода. Эти люди зачастую вынуждены пренебрегать безопасностью просто ради того, чтобы прокормить свои семьи. Все ещё много тех, кто работает в «серой» зоне или получает сдельную оплату: поработал день — получил деньги, нет — остался голодным.
Говоря же об образе жизни, стоит понимать, что нам, дагестанцам, очень тяжело даже в такой сложнейшей ситуации не пойти выразить соболезнование к родственникам или соседям, не навестить своих пожилых родителей, нуждающихся в уходе, и т. д.
Тем не менее с каждым днём ситуация в плане информирования населения выправляется.
Можно ли говорить о том, что дагестанская система здравоохранения оказалась худшей в стране?
Действительно, серьёзные ошибки в плане организационной, информационной и профилактической работы, допущенные системой здравоохранения Дагестана, стали одним из самых серьезных факторов ухудшения эпидемиологической обстановки в республике.
Не была проведена на должном уровне работа с населением, медицинские учреждения не были оснащены необходимым оборудованием, средствами индивидуальной защиты, медикаментами. Не была выстроена единая стратегия борьбы с эпидемией, каждый главврач оказался сам себе хозяином и предпочитал отчитаться о том, что у него все в порядке.
Недостоверность сведений, поступавших с мест, в том числе от многих главврачей, а также от чиновников из системы здравоохранения, дезориентировала многих меценатов и неравнодушных людей, готовых помочь республике в это сложное время. Впоследствии им пришлось с опозданием направлять дефицитные средства защиты и лекарства, драгоценное время во многих случаях было упущено.
Но я бы не стал сравнивать с другими регионами — ситуация везде разная, в каждом субъекте свои особенности. Дагестан еще отличается очень активным общественным полем и наличием сильных независимых СМИ — реальная картина того, что происходит здесь, быстро становится известна всей стране.
Дошло до того, что пришлось решать проблему лично президенту. Дагестан — единственный субъект, которому Владимир Путин посвятил отдельное специальное совещание. Это говорит о чрезвычайном положении в регионе?
Да, к сожалению, главе государства пришлось лично подключиться к решению проблемы и провести совещание, как это было и ранее по различным вопросам, в том числе и для оказания помощи вынужденным переселенцам из сел Храх-Уба и Урьян-Уба и спасения Самурского леса.
Надо отметить, что глава Дагестана В. Васильев одним из первых среди глав регионов публично рассказал о большом количестве больных пневмонией, которая, как мы теперь знаем, является наиболее частым проявлением у заразившихся коронавирусом.
Объективно выступил и глава ДУМ Дагестана Ахмад-хаджи Абдуллаев, указавший на тяжелейшую ситуацию в дагестанском обществе, десятки умерших врачей и сотни скончавшихся от пневмонии жителей.
В результате спасать республику принялись всей страной. Как сказал В. Путин: «С Дагестаном сейчас вся Россия».
Уже сейчас в республике развернуты силы и средства Минобороны и МЧС России, в ускоренном темпе идет строительство сразу трех современных инфекционных больниц.
Согласны ли Вы с утверждением, что в условиях нерешительных действий республиканской власти общественность Дагестана взяла в свои руки решение проблем?
Большую, если не ключевую, роль в том, чтобы привлечь внимание к сложнейшему положению в Дагестане, сыграла общественность. Это независимые блогеры, журналисты, правозащитники, общественные активисты, которые получали информацию непосредственно от людей, видели все своими глазами и передавали сигнал бедствия в федеральный центр. Среди них такие люди, как Руслан Курбанов, чье интервью с министром здравоохранения Дагестана Джамалудином Гаджиибрагимовым показало реальное положение дел; известный врач Магомед Абдулхабиров; руководитель общественной организации «Монитор пациента» Зиявудин Увайсов и многие другие.
Дагестанское общество смогло мобилизоваться и найти в себе силы самоорганизоваться, противостоять эпидемии и ее последствиям.
Врачи, медицинские работники — вот настоящие герои нашего времени, люди, чей самоотверженный труд без преувеличений спасает все человечество. Огромное спасибо каждому медику, в это опасное время трудящемуся во благо людей, рискуя своей жизнью.
Большую помощь республике оказали и продолжают оказывать меценаты, в первую очередь уроженцы Дагестана, переживающие за судьбу малой родины. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить их за внимание к проблемам региона. Стоит отдельно отметить члена Совета Федерации Сулеймана Керимова, чья помощь в сложное для республики время была существенной.
Также не могу не поблагодарить нашу замечательную команду молодых патриотов — активистов, волонтеров, на плечи которых легла работа по организации благотворительных акций в республике: помощь медикам средствами индивидуальной защиты и помощь продуктами нуждающимся семьям.
Вместе с тем я бы не стал обвинять руководство республики, и в частности главу республики Владимира Васильева, что оно упустило ситуацию. К сожалению, никакие кризисы не обходятся без социальных и политических потрясений. На мой взгляд, корень проблемы лежит в той разваленной системе здравоохранения (и управления в целом), которая досталась нынешнему руководству от предыдущего.
В 90-е годы ситуация в Дагестане была намного труднее, если сравнивать с нынешним положением. Уровень жизни населения был очень низким, в соседнем регионе бушевала война, которая затем пришла и в сам Дагестан, республику раздирали внутренние противоречия и конфликты.
Но тогда благодаря политике руководства в лице председателя Государственного совета РД Магомедали Магомедова удалось выйти без больших потерь из сложнейшего положения. Главное — удалось сохранить единство Дагестана. Отмечу, что в этот тяжелый период позиция гражданского общества играла важную роль, к нему прислушивались.
В последующем сложилась ситуация, когда один из эффективных инструментов управления дагестанским обществом, традиционно характерные для него советы старейшин и иные коллегиальные органы различного уровня, оказались невостребованными, особенно последние 5−7 лет. Они полностью выпали из системы управления, информирования и организации общества.
Какие выводы нам всем следует сделать из этой ситуации?
Пандемия и ее разрушительные последствия должны нас заставить задуматься о важности доверия населения не только одному авторитетному руководителю, а всей системе, обеспечивающей работу власти.
Игнорирование официальной информации — не что иное, как показатель отсутствия доверия к системе управления в целом. Думаю, что Владимиру Васильеву стоит последовательно и активно продолжать начатые с его приходом преобразования в кадровой политике.
Тем не менее, я думаю, что в сложившейся ситуации из двух извечных российских вопросов для нас важнее «что делать?», а не «кто виноват?». Что сделать для того, чтобы подобное не повторилось в будущем? Что сделать для того, чтобы у нас была современная система здравоохранения, высокий уровень жизни, качественное образование?
Уверен, что руководство региона с поддержкой федерального центра найдет необходимые инструменты для выправления ситуации и проведет детальную работу над ошибками. В. Васильев является опытным руководителем, и я убежден, что у него есть понимание того, как выйти из кризисной ситуации и какую работу нужно провести в дальнейшем.
Как бы это ни банально звучало, но России сейчас жизненно необходима консолидация усилий государства и общества.
Нет худа без добра, я очень надеюсь, что и эта эпидемия вместе с принесенным ею экономическим кризисом со временем заставит измениться к лучшему не только Дагестан, но и всю нашу страну. Мы все — власть, гражданское общество, бизнес, — обязаны сплотиться, стать сильнее, умнее и дальновиднее, чтобы выжить, развиваться и успешно противостоять вызовам завтрашнего дня.
Источник
Фото: ФЛНКА[/caption]
В последние недели Дагестан стал самым обсуждаемым регионом России. Об этом говорят федеральные СМИ, популярные блогеры, социальные сети. К сожалению, повод для всего этого далеко не радостный — республика за короткий срок превратилась в один из самых острых очагов распространения коронавирусной инфекции. Мы решили узнать, как видит ситуацию в родном регионе член Совета при Президенте Российской Федерации по межнациональным отношениям, руководитель Федеральной лезгинской национально-культурной автономии Ариф Керимов.
Ариф Пашаевич, из Дагестана продолжают приходить новости о катастрофических цифрах распространения COVID-19 и сотнях смертей. Почему подобное произошло именно в Дагестане?
Если ещё два месяца назад многим казалось, что эта беда обойдёт такие удаленные от центра регионы, то теперь очевидно, что угроза была очень сильно недооценена.
Сейчас всем понятно, что мир столкнулся с новым явлением, непохожим на эпидемии прошлых лет.
Ни одна медицина мира не оказалась готовой к этому вызову. Поэтому то, что произошло в России, в том числе в Дагестане, нельзя назвать исключением.
К сожалению, особенности социально-экономического уклада республики и ее образа жизни сыграли на руку распространению коронавируса.
В Дагестане большое количество людей, занятых в сфере розничной торговли, частных транспортных перевозок и связанных отраслях, которые не могут остановить работу без потери дохода. Эти люди зачастую вынуждены пренебрегать безопасностью просто ради того, чтобы прокормить свои семьи. Все ещё много тех, кто работает в «серой» зоне или получает сдельную оплату: поработал день — получил деньги, нет — остался голодным.
Говоря же об образе жизни, стоит понимать, что нам, дагестанцам, очень тяжело даже в такой сложнейшей ситуации не пойти выразить соболезнование к родственникам или соседям, не навестить своих пожилых родителей, нуждающихся в уходе, и т. д.
Тем не менее с каждым днём ситуация в плане информирования населения выправляется.
Можно ли говорить о том, что дагестанская система здравоохранения оказалась худшей в стране?
Действительно, серьёзные ошибки в плане организационной, информационной и профилактической работы, допущенные системой здравоохранения Дагестана, стали одним из самых серьезных факторов ухудшения эпидемиологической обстановки в республике.
Не была проведена на должном уровне работа с населением, медицинские учреждения не были оснащены необходимым оборудованием, средствами индивидуальной защиты, медикаментами. Не была выстроена единая стратегия борьбы с эпидемией, каждый главврач оказался сам себе хозяином и предпочитал отчитаться о том, что у него все в порядке.
Недостоверность сведений, поступавших с мест, в том числе от многих главврачей, а также от чиновников из системы здравоохранения, дезориентировала многих меценатов и неравнодушных людей, готовых помочь республике в это сложное время. Впоследствии им пришлось с опозданием направлять дефицитные средства защиты и лекарства, драгоценное время во многих случаях было упущено.
Но я бы не стал сравнивать с другими регионами — ситуация везде разная, в каждом субъекте свои особенности. Дагестан еще отличается очень активным общественным полем и наличием сильных независимых СМИ — реальная картина того, что происходит здесь, быстро становится известна всей стране.
Дошло до того, что пришлось решать проблему лично президенту. Дагестан — единственный субъект, которому Владимир Путин посвятил отдельное специальное совещание. Это говорит о чрезвычайном положении в регионе?
Да, к сожалению, главе государства пришлось лично подключиться к решению проблемы и провести совещание, как это было и ранее по различным вопросам, в том числе и для оказания помощи вынужденным переселенцам из сел Храх-Уба и Урьян-Уба и спасения Самурского леса.
Надо отметить, что глава Дагестана В. Васильев одним из первых среди глав регионов публично рассказал о большом количестве больных пневмонией, которая, как мы теперь знаем, является наиболее частым проявлением у заразившихся коронавирусом.
Объективно выступил и глава ДУМ Дагестана Ахмад-хаджи Абдуллаев, указавший на тяжелейшую ситуацию в дагестанском обществе, десятки умерших врачей и сотни скончавшихся от пневмонии жителей.
В результате спасать республику принялись всей страной. Как сказал В. Путин: «С Дагестаном сейчас вся Россия».
Уже сейчас в республике развернуты силы и средства Минобороны и МЧС России, в ускоренном темпе идет строительство сразу трех современных инфекционных больниц.
Согласны ли Вы с утверждением, что в условиях нерешительных действий республиканской власти общественность Дагестана взяла в свои руки решение проблем?
Большую, если не ключевую, роль в том, чтобы привлечь внимание к сложнейшему положению в Дагестане, сыграла общественность. Это независимые блогеры, журналисты, правозащитники, общественные активисты, которые получали информацию непосредственно от людей, видели все своими глазами и передавали сигнал бедствия в федеральный центр. Среди них такие люди, как Руслан Курбанов, чье интервью с министром здравоохранения Дагестана Джамалудином Гаджиибрагимовым показало реальное положение дел; известный врач Магомед Абдулхабиров; руководитель общественной организации «Монитор пациента» Зиявудин Увайсов и многие другие.
Дагестанское общество смогло мобилизоваться и найти в себе силы самоорганизоваться, противостоять эпидемии и ее последствиям.
Врачи, медицинские работники — вот настоящие герои нашего времени, люди, чей самоотверженный труд без преувеличений спасает все человечество. Огромное спасибо каждому медику, в это опасное время трудящемуся во благо людей, рискуя своей жизнью.
Большую помощь республике оказали и продолжают оказывать меценаты, в первую очередь уроженцы Дагестана, переживающие за судьбу малой родины. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить их за внимание к проблемам региона. Стоит отдельно отметить члена Совета Федерации Сулеймана Керимова, чья помощь в сложное для республики время была существенной.
Также не могу не поблагодарить нашу замечательную команду молодых патриотов — активистов, волонтеров, на плечи которых легла работа по организации благотворительных акций в республике: помощь медикам средствами индивидуальной защиты и помощь продуктами нуждающимся семьям.
Вместе с тем я бы не стал обвинять руководство республики, и в частности главу республики Владимира Васильева, что оно упустило ситуацию. К сожалению, никакие кризисы не обходятся без социальных и политических потрясений. На мой взгляд, корень проблемы лежит в той разваленной системе здравоохранения (и управления в целом), которая досталась нынешнему руководству от предыдущего.
В 90-е годы ситуация в Дагестане была намного труднее, если сравнивать с нынешним положением. Уровень жизни населения был очень низким, в соседнем регионе бушевала война, которая затем пришла и в сам Дагестан, республику раздирали внутренние противоречия и конфликты.
Но тогда благодаря политике руководства в лице председателя Государственного совета РД Магомедали Магомедова удалось выйти без больших потерь из сложнейшего положения. Главное — удалось сохранить единство Дагестана. Отмечу, что в этот тяжелый период позиция гражданского общества играла важную роль, к нему прислушивались.
В последующем сложилась ситуация, когда один из эффективных инструментов управления дагестанским обществом, традиционно характерные для него советы старейшин и иные коллегиальные органы различного уровня, оказались невостребованными, особенно последние 5−7 лет. Они полностью выпали из системы управления, информирования и организации общества.
Какие выводы нам всем следует сделать из этой ситуации?
Пандемия и ее разрушительные последствия должны нас заставить задуматься о важности доверия населения не только одному авторитетному руководителю, а всей системе, обеспечивающей работу власти.
Игнорирование официальной информации — не что иное, как показатель отсутствия доверия к системе управления в целом. Думаю, что Владимиру Васильеву стоит последовательно и активно продолжать начатые с его приходом преобразования в кадровой политике.
Тем не менее, я думаю, что в сложившейся ситуации из двух извечных российских вопросов для нас важнее «что делать?», а не «кто виноват?». Что сделать для того, чтобы подобное не повторилось в будущем? Что сделать для того, чтобы у нас была современная система здравоохранения, высокий уровень жизни, качественное образование?
Уверен, что руководство региона с поддержкой федерального центра найдет необходимые инструменты для выправления ситуации и проведет детальную работу над ошибками. В. Васильев является опытным руководителем, и я убежден, что у него есть понимание того, как выйти из кризисной ситуации и какую работу нужно провести в дальнейшем.
Как бы это ни банально звучало, но России сейчас жизненно необходима консолидация усилий государства и общества.
Нет худа без добра, я очень надеюсь, что и эта эпидемия вместе с принесенным ею экономическим кризисом со временем заставит измениться к лучшему не только Дагестан, но и всю нашу страну. Мы все — власть, гражданское общество, бизнес, — обязаны сплотиться, стать сильнее, умнее и дальновиднее, чтобы выжить, развиваться и успешно противостоять вызовам завтрашнего дня.
Источник