Дагестан спустя 9 месяцев: инвестиций и кредитов нет, но есть долги
Индекс промышленного производства в Дагестане, по состоянию на август текущего года в сравнении с аналогичным периодом 2018 года, составил 52,8%. Худший показатель среди всех регионов СКФО. «Ближайший» результат показала Северная Осетия (94%). Лидеры – Ингушетия (120,6%) и Чечня (113%).
Не бывает экономического развития без инвестиций, а в экономику Дагестана практически не поступают частные инвестиции. Бюджетные инвестиции направлены на социальную сферу, а на поддержку производства - то, что идет по линии ФЦП «Северный Кавказ». Но это незначительные средства, которые не делают никакой погоды. Они распределяются по двум-трем проектам, и суммы не такие значительные.
Инвестиции в проект формируются из собственных средств инвестора и заемных средств. У нас сальдированный финансовый результат экономики в текущем году, как и в предыдущих годах отрицательный. Из-за низкой рентабельности совокупная прибыль предприятий республики незначительна.
А если нет больших прибылей, соответственно, внебюджетным инвестициям неоткуда взяться. Собственно говоря, инвестиции – это и есть капитализированная прибыль. Заемные инвестиции – это финансовые средства, которые привлекаются со стороны в виде кредитов банков.
Банковские средства в виде кредитов юридическим лицам и индивидуальным предприятиям Республики Дагестан за 9 месяцев текущего года составили 206 млн рублей. Для сравнения, за такой же период корпоративный кредитный портфель Ставропольского края пополнился на 17 млрд 800 млн рублей, что в 86,6 раза больше, чем по Дагестану. Это ли не крах банковской системы и обнуление деловой активности в Дагестане?!
Мировая практика показывает, что в производстве валового национального продукта банки участвуют в размере 10-15%. Никого не удивляет, что банки играют существенную роль при экономическом развитии.
Сегодня, как видим, банковские средства практически исчезли из экономической воспроизводственной среды. Уже проявились последствия того, что в экономику республики перестали поступать частный и банковский капитал.
Мы все хорошо помним, что в прошлом году промышленность серьезно упала. Но даже к прошлогодней низкой базе августа, база августа текущего года в промышленности составила 52%. Предприятия обрабатывающего комплекса не работают на массовый потребительский рынок, а ориентированы на случайные, периодические, нестабильные оборонные заказы. Отсюда такая тектоническая волатильность в динамике развития. И самое печальное - в перспективе нет серьезных проектов, не закладываются новые мощности, позволяющие вывести республику из этого состояния.
Те банки, что остались в республике, ищут первоклассных заемщиков: тех, кто может обслужить и вернуть кредит в обозначенный срок. А в текущем состоянии, до которого дошла экономика Дагестана, кредитная история и финансовое положение многих потенциальных заемщиков очень плохое.
Просроченная задолженность по кредитам в Дагестане составляет 27 млрд из 33 млрд всего кредитного портфеля. Для сравнения, в Ставропольском крае в кредитном портфеле размером 330 млрд рублей просроченная задолженность составляет 15 млрд рублей. Таким образом, у многих компаний или убытки на балансе, или плохая кредитная история, или непогашенный просроченный кредит.
Это все закрывает дорогу к рынку банковского кредитования. И новые компании появляются крайне мало, бизнес не предлагает серьезных инвестиционных проектов, которые могли бы претендовать на получение кредитов от того же ВТБ, Россельхозбанка или Сбербанка.
К примеру, «Мараби». Построили завод, взяли кредит 500 млн под гарантии правительства. Продукция осталась на складе не реализованная. Был плохой маркетинг. А в проекте Завода листового стекла был шикарный маркетинг, но валютная политика государства в части курса рубля к доллару убила все расчеты инвестора. Инвестор оказался за бортом, не смог покрыть текущие платежи по кредитам от операционных доходов. Последний пример показывает, какие высокие риски для инвестора остаются от резких и непродуманных шагов государства.
Халил Халилов,
экономист - специально для РИА «Дербент»