Факторы терроризма. Что обсудили и что упустили участники конференции?

Эдуард Уразаев, политический обозреватель 28 мая в историческом парке "Россия – моя история" прошла научно-практическая конференция "Актуальные проблемы информационного противодействия идеологии терроризма: теория и практика", которое организовало министерство информации и печати РД. Так как эта тема в связи с пандемией коронавируса и снижением количества преступлений с применением физического насилия отошла в информационном пространстве на дальний план, то интересно было узнать о новых подходах к решению указанных проблем. Во-первых, надо отметить, что  прозвучали разные оценки террористических угроз. Так, по словам министра информации и печати РД Умаросмана Гаджиева, лишь около 1% жителей республики разделяют идеологию сограждан, воюющих на Ближнем Востоке на стороне боевиков, и сочувствуют им. Это вроде очень мало, тем более, что в 2000-е годы таковых было, по социологическим опросам, в пределах 3-5%. В позитивном ключе оценил ситуацию с терроризмом и директор Центра стратегических инициатив и политических технологий Ханжан Курбанов. Но если перевести 1% в количество от взрослого населения, то получается порядка 20 тысяч человек!  Вместе с цифрой в 1,8 тысячи уехавших воевать в Сирию, названную также Гаджиевым, это показывает, что опасность сохраняется. Ешё более тревожные цифры прозвучали в докладе завотделом социологии Института истории, археологии и этнографии ДНЦ РАН Заида Абдулагатова. Он сообщил, что по данным 2019 года, 14,5% опрошенных учеников и 9% учителей в школах региона поддерживали участие дагестанцев в так называемом «Исламском государстве» (запрещенной в России террористическую организации). Симптоматично при этом, что более 50% опрошенных дагестанских школьников заявили, что не доверяют полиции. Понятно, что ученикам школ не хватает знаний и опыта для компетентных оценок, но эти цифры в условиях повального использования смартфонов и получения информации из социальных сетей интернета должны насторожить как гражданские, так и правоохранительные органы власти. Резонно о переходе в основном борьбы с терроризмом из сфер вербовки «в живую» и организации террористических вооруженных группировок в идеологическое противостояние в социальных сетях интернета и мессенджерах, а также о подверженности молодёжи такой пропаганде напомнили директор РИА Дагестан Магомед Магомедов и руководитель Информационно-культурного центра (ИКЦ) при минпечати Мухтар Амиров. Во-вторых, докладчики конференции предложили разные методы противодействия идеологии терроризма и экстремизма, но в основном повторили прежние или обобщённые подходы. Так, Мухтар Амиров предложил в своем выступлении создать единое информационно-методологическое пространство по противодействию распространению идеологии терроризма в республике. А советник главы республики, ответственный секретарь АТК в РД Далгат Фейзуллаев напомнил, что участники собрались, чтобы «совершенствовать продукт», имея ввиду контрпропаганду. Определённые наработки в содержании контрпропаганды и в технологиях «продвижения в массы» за многие годы, как отметил Ханжан Курбанов, есть, но основные идейно-политические и религиозно-идеологические «узлы», которые допускают противоречивые или ложные интерпретации, до сих пор не сведены в единую систему контрпропагандистских ответов. К примеру, по вопросу о месте и роли идей салафизма в исламе и взаимоотношениях с суфийским течением. В этом плане важно продолжить работу в комплексе, объединяя усилия журналистов, религиозных деятелей, религиоведов, социологов, политологов и сотрудников правоохранительных органов. В-третьих, были озвучены цифры, характеризующие ценностные ориентации взрослых и молодёжи. В частности, Заид Абдулагатов сообщил, что по результатам опроса дагестанские родители учеников считают необходимым воспитывать подрастающее поколение на примере ветеранов Великой Отечественной войны, Имама Шамиля и героев советских фильмов. Тогда как быть похожими на педагогов хотят 40% учеников, а на своих родителей — лишь 20%! Делать широкие выводы лишь на основе этих данных сложно и вопрос не только в классической проблеме «отцов и детей». В последнее время обострились противоречия в социально-культурных ориентациях жителей Дагестана и центральных областей России. Последний случай — это зловредно поданная в социальные сети шутка выпускников одной из дагестанских школ, станцевавших балетный танец. Эта шутка в очередной раз вызвала острые споры о нормах поведения «у нас» и «у них». Между тем, эти различия в социокультурных ориентациях могут использоваться пропагандистами экстремизма и терроризма. Небезынтересные данные озвучил и социолог Гаджи Малучиев. Так, по итогам соцопросов, дагестанцы в массе своей очень критично относятся к экстремизму, но при этом около половины опрошенных не хотели бы, чтобы в интересах безопасности сокращались гражданские права и свободы, хотя около четверти готовы к этому. А по вопросу «Уничтожать террористов на месте или арестовывать их и судить?» 57% выбрали второй вариант ответа. Таким образом приверженность правовым нормам в общественном сознании преобладает, что радует. Но уровень её недостаточен. Ну и, наконец, в-четвёртых, судя по информационным сообщениям, никто не сказал о социально-политических и социально-экономических причинах экстремизма и терроризма и, особенно, в молодёжной среде. Проблемы коррупции, социальных лифтов, безработицы и бедности продолжают давать поводы для протестных настроений, от которых один шаг к восприятию экстремистских идей. Выработка же позиций по этим вопросам остаётся недостаточной. Тем не менее, состоявшееся обсуждение в кругу профессионально занятых в идеологическом противодействии лиц надо признать полезным.