Как Дагестан борется с коронавирусом и сможет ли его избежать

Так получилось, что моя рабочая поездка в Париж (9-14 марта) совпала с резким распространением коронавируса в Европе. В культурной столице мира на тот момент не было заметно никакой паники, но постепенно ужесточался карантинный режим. Это не помешало нашей группе реализовать все намеченные планы. В аэропорту в день отлета, 14 марта, также было спокойно и особых средств защиты у людей и сотрудников аэропорта не наблюдалось. Правда, выяснилось, что магазин Дьюти фри работал последний день и закрывался на карантин. В салоне самолета всем пассажирам выдали маски, дали заполнить анкеты, а по прилету всех осмотрели тепловизором. Никого с высокой температурой не обнаружили. В зоне досмотра аэропорта Шереметьево прибывших поделили на две части. С транзитными не стали долго возиться и, не взяв никаких анализов, отправили далее по маршруту (в Махачкалу, Ростов-на-Дону, Грозный, Казань и т.д.). Однако тем самым создавались дополнительные риски распространения коронавируса, так как транзитники летели в одном самолете с теми, кто не был за границей. Далее пассажиры были предоставлены сами себе, их никто не встречал. Кто поехал к себе домой, кто в офис, а кто-то заселился в гостиницу – это еще дополнительные риски распространения заболевания по пути из аэропорта (такси, маршрутки или другой транспорт). Вернувшись домой в Дербент, я позвонил на горячую линию Минздрава, сообщив о том, что вернулся из Франции. Мне посоветовали пойти в поликлинику, правда, потом уточнив, что идти не нужно, наоборот, следует соблюдать карантинный режим, но надо позвонить и врач сам нанесет визит. В воскресенье (я прибыл в Россию уже 15 марта) это сделать не удалось, только в понедельник утром. Вечером 16 марта ко мне пришла врач, поинтересовалась моим самочувствием, но анализы не взяла, сообщив, что уточнит данный вопрос. Мы обменялись телефонами, и я каждый день утром измерял температуру и сообщал ей показания. Затем со мной связались представители республиканского Роспотребнадзора. Они 17 марта отправили мне электронный вариант постановления о том, чтобы я 14 дней находился в режиме самоизоляции. Еще несколько дней спустя ко мне постучалась полиция. Сотрудник записал паспортные данные с моих слов, и на этом наша беседа закончилась. Наконец, в понедельник, 23 марта, со мной связался сотрудник Роспотребнадзора, который вручил мне постановление под расписку. Самое интересное заключается в том, что никто из вступавших со мной в контакт (мы держались, насколько это было возможно, на расстоянии друга от друга) не был экипирован средствами защиты. Не было ни масок, ни перчаток. Я тоже не имел маску. Таким образом, мы подвергали друг друга дополнительному риску: я, как вернувшийся из зарубежной поездки, и они, общающиеся с такими, как я. Анализы (мазки и кровь из вены) у меня взяли только на 10-й день, то есть 25 марта. В этот раз врачи были уже экипированы (медицинские халаты, простые маски, перчатки и бахилы). Пока мой статус неопределен. Правда, часть моих коллег, посетивших со мной Париж (из Дагестана и других республик), успела сдать анализы, результаты которых оказались отрицательными. Кроме того, как мне сообщили, всех прилетевших отслеживают. В случае обнаружения заболевания уже изолируют всех, кто контактировал с зараженным, включая тех, кто был в одном с ним самолете. Пока таких сигналов не поступало. Все это говорит о том, что, скорее всего, я не успел подхватить коронавирус. Еще один важный момент. На мой вопрос о том, многих ли они успели посетить, врачи, бравшие у меня анализ, ответили, что я их единственный пациент. Это меня сильно удивило. Уже полтысячи человек вернулись в Дагестан и, как передают власти, находятся на карантине. Последних «возвращенцев» в Махачкале уже встречали в аэропорту. Это говорит о том, что к проблеме пандемии стали относиться серьезнее. Однако даже с учетом того, что теперь будет вестись гораздо более строгий контроль за въезжающими в республику, это не исключает вероятности нахождения в республике лиц, зараженных коронавирусом. В ближайшее время мы узнаем, смог ли вирус незаметно пустить корни в Дагестане. Причем больше внимания следует уделить нашим гражданам, побывавшим не в Европе, а в соседней Азербайджанской Республике (или прибывшим из нее иностранцам). Причиной тому является высокая интенсивность миграционных потоков между АР и, с одной стороны, Ираном (вторым очагом новой пандемии), а с другой, – с Россией, особенно Дагестаном. В настоящее время границы между странами закрыты, но высока вероятность, что носители коронавируса могли уже достаточном количестве проникнуть в Дагестан. Данное обстоятельство может усугубиться, если вдруг в числе зараженных коронавирусом окажется суперразносчик, как это произошло в Италии и Южной Корее. Поэтому надо быть готовыми ко всему. А пока в республике официально не зафиксирован ни один больной. Ну, а я буду соблюдать карантин и ждать результата своего теста. Амиль Саркаров