Кому нужна измененная Конституция Дагестана?

В пятницу, 8 июля, на площадке газеты "Черновик" в Махачкале прошло заседание общественников и журналистов по вдруг ставшей актуальной теме поправок в Конституцию Республики Дагестан. Речь идет, прежде всего, о территориальной целостности Страны гор. РИА «Дербент» представляет читателям выжимку этого обсуждения. Верующие в Конституцию В обсуждении поправок приняли участие общественники Эдуард Уразаев, Абсалитдин Мурзаев, Альберт Эседов, а также журналисты Тамерлан Магомедов, Магомед Магомедов, Расул Кадиев и автор этих строк Малик Бутаев. Первой темой обсуждения стали причины резонанса по поправкам, из которого, согласно законопроекту от Главы Дагестана Сергея Меликова.  Помимо прочих поправок в обновленном Основном законе не будет статьи об обязанности Главы Дагестана защищать территориальную целостность республики. Изменяется статья с текстом присяги Главы Дагестана, в котором также нет упоминания об обязанности руководителя республики защищать целостность республики. Журналист газеты «Новое Дело» юрист Расул Кадиев отметил, в какой атмосфере прошло заседание Общественной палаты РД 6 июля с.г. с участием журналистов и замминистра юстиции Дагестана Сергея Караченцева. По словам Кадиева, отношение высокопоставленного юриста Сергея Караченцева и собравшихся общественников к поправкам сравнимо с тем, когда есть искренне верующие т.н. "оглашенные", которые веруют больше, чем сами священники. По аналогии с этим, по замечанию Кадиева, улыбчивое настроение Караченцева к обсуждаемой теме и сами его доводы показывали, что заместитель министра юстиции РД относится к поправкам в Конституцию Дагестана куда менее серьезно, чем общественники ОП РД. [caption id="attachment_179495" align="aligncenter" width="601"] Расул Кадиев[/caption] Сами же изменения в Конституцию РД о территориальной целостности, по мнению Кадиева, происходят не из юридической необходимости. «Для меня лично ситуация не юридическая, она для меня даже не политическая, она для меня культурная, интересная социологическая. Есть такое понятие "оглашенные", люди, которые приняли веру, в церкви больше всего кричали, они лучше верят в Бога и видят в нем немножко другое, чем сами священники. У нас получилось так, что Сергей Караченцев сидит улыбается в легком шоке, потому что для юристов ситуация очень простая — они не верят, а граждане почему-то верят. Юристы заявляют, "да вы что, действительно верите в эту Конституцию? Подумаешь, изменили два слова". Точно такая же история была с законом "О казачестве", который действительно юридически под собой ничего не имел, это культурологическая история... На что я обратил внимание, это то, что юристы здесь беспомощны. Почему я задавал вопрос Караченцеву "это же ваша Конституция?", потому что мы обсуждаем их предмет, они говорят в своем культурном лексиконе "мы приводим в соответствие", т.е. их задача не изменить правоотношения, не сделать жизнь лучше, они говорят "мы решаем бюрократическую проблему, это наш "огород", куда вы полезли", поэтому, люди которые выступают, пишут, комментируют, они, похоже, больше верят в Конституцию, чем те, кто её изменяет», — считает Кадиев. По словам заместителя главного редактора газеты «Черновик» Магомеда Магомедова, резкая реакция общества на поправки в Конституцию Дагестана, это показатель недоверия общества к власти и депутатам НС РД. «Если общество было бы уверено, что несмотря на отсутствие слов "территориальная целостность" в Конституции, глава Дагестана будет до конца стоять за земли, из которых состоит Дагестан, то наверное этого вопроса в обществе бы не возникло. Со второй стороны, люди не доверяют депутатам и сами депутаты друг другу не доверяют в этом вопросе, поэтому есть твёрдая убежденность — наши депутаты проголосуют за всё что угодно», — отметил Магомедов. Магомедов указал и на риторику беззащитности у общественников Общественной палаты РД, хотя в Дагестане часто хвастаются противоположным примером 23-летней давности. «Один из членов Общественной палаты говорит, "даже если будут эти слова [о территориальной целостности Дагестана] у нас в Конституции, а сможем ли мы как-то защитить нашу территориальную целостность, и тогда у меня возникла в голове аналогия, почему этот вопрос не возникает в той же Чечне, кто-то может там встать и сказать "я сомневаюсь, что мы, чеченский народ, сможем защитить свою территориальную целостность"? Но у них есть военная элита, которая имеет практический опыт, и которая скажет "даже если этих слов нет, мы сможем это сделать". Но у нас, у Дагестана, у которого есть 1999-й год, который мы на каждом празднике этот момент выпячиваем, на каждом общении с президентом этот момент выпячиваем, есть люди, которые говорят "за моей спиной есть несколько тысяч человек, которые просто ждут нужного сигнала, и они восстанут, чтобы защитить наши ценности и наши территории", и вот получается, что мы всё смахиваем с нашей доски и говорим: "даже если эти слова будут в нашей Конституции, мы не сможем это защитить"», — отметил Магомедов. [caption id="attachment_179498" align="aligncenter" width="600"] Магомед Магомедов и Альберт Эседов[/caption] По словам Магомедова, недоверие общества к республиканским властям обусловлено политическим опытом Дагестана. «Общество не доверяет: ни тем, кто пишет Конституцию, ни тем, кто защищает Конституцию, ни тем, кто вносит в нее изменения, потому что наше общество на протяжении времени видело, как люди голосуют, как считают голоса, как принимают нужные решения, как их продавливают. Люди ещё видят и другое — тех, кто протестует против такой процедуры, как их прессуют, преследуют, сажают в тюрьму. Вспомним, например, общественника Эдуарда Атаева, которому закинули наркотики, патроны, и он сейчас в СИЗО», — подытожил Магомедов. По мнению общественника, регионального руководителя партии «Яблоко» Альберта Эседова, законопроект о поправках в Конституцию вызвал скандал из-за отсутствия своевременного информационного сопровождения, как это было и в случае с законом о казачестве, а то информсопровождение, которое было постфактум получилось слабым, считает общественник. «Если бы не «Новое Дело», которое написало об этом за 3-4 дня до самой сессии, потом «МК в Дагестане», то для большинства общественников, журналистов, населения это было бы сюрпризом и люди не были бы готовы. Дальше, из фракционного выступления одного из депутатов до сессии, мы узнали, что депутаты готовились проголосовать за законопроект сразу в двух чтениях», — отметил Эседов. Комментируя доводы Сергея Караченцева на прошедшем заседании Общественный палаты РД, что с одной стороны убираемая 75 статья и изменяемая 77 статья Конституции РД являются "декларативными" и территориальную целостность Дагестана гарантирует федеральная власть, а с другой стороны - в Конституции остается 57 статья (“территория Республики Дагестан едина, ее границы не могут быть изменены без волеизъявления многонационального народа Республики Дагестан”), Эседов указал на логическую путаницу Караченцева. «Получается, если статьи декларативные, то их можно было бы и оставить, а если территориальную целостность Дагестана гарантирует федеральная власть, значит и 57 статья не нужна, и можно было бы сказать "вы ничего не решаете"», — заметил Эседов. В противоположность об информационном сопровождении законопроектов высказался корреспондент РИА «Дербент» Малик Бутаев. По его мнению, информсопровождение этих законопроектов было заведомо проигрышным и потому отсутствовало. «Информационного сопровождения не было, потому что нечем было это сопровождать. Как объяснить населению необходимость убирать эти статьи из Конституции? Ссылаться на федеральный закон? — Тогда возникнет разговор "давайте рассуждать юридически, насколько это обоснованно". Я считаю, что информационного сопровождения, как и в случае с казаками, не было потому что и эта конституционная поправка и законопроект с казаками - они не про юридические казусы, которые нужно устранить, у инициаторов есть какая-то своя идейная, культурная ценность этим законопроектам, но это не имеет ценности для дагестанского обывателя, они (сторонники законопроектов) будут мягко говоря не поняты, если сказать как есть для чего эти законопроекты нужны», — считает Бутаев. Поправки в Конституцию Дагестана являются частью федеральной повестки с учетом ингушского прецедента 2018 года, когда передача части территорий Ингушетии в пользу Чечни сопровождалась противоречием с законом, т.к. тогда против соглашения Евкурова-Кадырова выступил Конституционный суд Ингушетии, полагает Бутаев. По мнению Бутаева, нынешние изменения в Конституции Дагестана, а также предшествовавшие изменения в Конституцию России (упразднение республиканских Конституционных судов) исключают в будущем сомнения в законности подобных территориальных изменений между субъектами России. Кумыкам нейтрально Руководитель региональной общественной организации "Национальный совет кумыкского народа" Абсалитдин Мурзаев считает, что общественный резонанс из-за поправок в Конституцию РД был создан газетой «Новое Дело» "в интересах своих соплеменников", а причина недовольства связана с неопределенностью будущего статуса сёл Калининаул и Ленинаул Казбековского района (чеченские общины данных сёл добиваются включения этих сёл в проект восстановления Ауховского района). «Представители нашего (кумыкского) народа говорят, что наш народ искусственно привязали к ауховскому конфликту, потому что лакское население переселили на исторические земли насильственно отобранные у таркинского джамаата — 8 166 гектаров. Закон должен нивелировать справедливость, потому что каждый субъективно воспринимает справедливость, но когда закон принят — споры о справедливости исключаются. Есть два аспекта: никакого резонанса не было, народ отучили этим интересоваться, а на заседание приехал бывший глава Казбековского района, потому что утеря территориальной целостности Дагестана задевает их (районные) интересы.  Кумыкский народ потерял свою территориальную целостность, а именно - компактное проживание в Дагестане... На сегодня в Министерстве земельных отношений уже требуют разграничения и создания одноименного Новолакского района на исторических землях Тарки», — подытожил Мурзаев. [caption id="attachment_179499" align="aligncenter" width="601"] Малик Бутаев и Абсалитдин Мурзаев[/caption] Вследствие утери компактного проживания кумыкского населения, кумыкские общественные организации нейтрально относятся к вопросу утери территориальной целостности, отметил Мурзаев. По словам политобозревателя Эдуарда Уразаева, общие тенденции в стране подтверждают опасения общественности о последствиях принятия поправок в Конституцию, но юридически за республиканскими властями Дагестана сохраняется право решать вопрос сохранения или изменения границ республики в составе России. Говоря о прогнозах после принятия поправок в Конституцию республики Дагестан, Расул Кадиев отметил, что в Министерстве юстиции живут своим графиком работы, и все что рассматривается "сегодня" на деле было запланировано годами ранее. Он также отметил, что апеллирование представителями республиканской власти к требованию Прокуратуры Дагестана об исключении из Конституции Дагестана упоминания территориальной целостности документально не подтверждается. «Наотрез отказались публиковать позицию Прокуратуры (якобы которая потребовала исключать 75 статью и изменить 77 статью Конституцию РД о территориальной целостности - прим. ред. РИА «Дербент»). Выяснилось, что это не позиция Прокуратуры Дагестана, это позиция Генеральной Прокуратуры. А позиция Генпрокуратуры формируется не в Администрации президента, как может показаться», — отметил Кадиев. По мнению Расула Кадиева, в стране готовятся новые изменения в законодательстве, и нынешние поправки в Конституцию Дагестана могут быть не последними в ближайшем будущем. «На этой неделе президент Российской Федерации подписал распоряжение о создании группы систематизации регионального законодательства по управлению, всё было подготовлено в 2019 году, но только сейчас это стало внедряться... Осенью будет новая реформа, потому что когда вы видите распоряжение президента о создании комиссии — это значит, что комиссия нужна чтобы просто оформить политически принятые решения», — полагает Кадиев. Дополнил ожидания Кадиева замглавреда газеты «Черновик» Магомед Магомедов, который указал на опыт дагестанского законотворчества, когда после принятия законопроектов в первом чтении, уже во втором чтении законопроект может кардинально отличаться в содержании от изначального предложения. А значит, по мнению Магомедова, ожидания Кадиева имеют смысл, т.к. во втором чтении поправок в Конституцию РД в сентябре теоретически могут внести дополнительные поправки в законопроект. Имперскость или новые возможности С принятием законопроекта о новом порядке управления муниципалитетами, когда Глава Дагестана вправе снимать с должностей глав районов, в Дагестане фактически вводится единоначалие, а изменение Конституции Дагестана приведет к тому, что теперь за территориальную целостность Дагестана конституционно никто не отвечает, считает Бутаев. Статья 57 Конституции РД (“территория Республики Дагестан едина, ее границы не могут быть изменены без волеизъявления многонационального народа Республики Дагестан”) без статьи об ответственности главы Дагестана за территориальную целостность региона означает, что "отвечать за Дагестан и его Конституцию будут все и никто, нет никакого обязанного лица", считает Малик Бутаев. Малик Бутаев также прокомментировал возможности восстановления Ауховского района с учетом двух сёл Казбековского района и передачи района в состав Чечни, что, по мнению Мурзаева, и вызывает опасения у общественности Казбековского района в связи с поправками в Конституцию Дагестана. По мнению Бутаева, новый закон о муниципалитетах позволит главе Дагестана устранять неугодных глав районов, которые будут поддерживать протест местных жителей против изменений границ республики. «Допустим, в Казбековском районе народ не захочет изменения границ Дагестана в пользу соседней республики и на это будет ссылаться районный глава. Но теперь глава республики сможет снять такого главу района, и новый глава Казбековского района выдаст нужный республиканской власти документ, что народ района якобы только "За". По поводу, например, восстановления Ауховского района и передачи его в состав Чечни, я считаю, что не ради этого приводят в "порядок" Конституцию Дагестана, потому что хотя для большинства чеченцев Дагестана этническая родина это Аух, но большинство дагестанских чеченцев живёт не в сёлах бывшего Ауховского района, они живут в большинстве в Хасавюрте и Хасавюртовском районе. Забирать у Дагестана Ауховский район в пользу Чечни для объединения чеченского народа, но оставляя в Дагестане основную часть дагестанских чеченцев — это не целесообразно. Поэтому, я думаю последствия территориальных изменений могут быть более глобальными, не на уровне Ауховского района», — полагает Бутаев. По мнению же Абсалитдина Мурзаева, в условиях, когда кумыкский народ лишен компактного проживания в Республике Дагестан, последствия нынешних законопроектов - это создание федеральным центром условий для возможного восстановления компактного проживания кумыков и защиты коренных народов от лишения собственной земли и местных ресурсов. Резюмируя заседание общественников и журналистов, Тамерлан Магомедов отметил, что федеральная политика подразумевает другие методы управления, нежели сохранение компактного проживания этносов, и вследствие этой политики в стране происходит смешение народов, как это происходит и в Дагестане, который изначально был создан как "наднациональный регион". [caption id="attachment_179497" align="aligncenter" width="597"] Тамерлан Магомедов[/caption] «Сам вопрос о территориальных изменениях (например, Кабардино-Балкария и Карачаево-Черкесия), вместо того чтобы соединить два народа: карачаево-балкарцев и кабардино-черкесов, эти народы разделили между собой. Сегодня, запуская возможности процессов по территориальному изменению границ или вообще переиначиванию регионов, мы имеем возможность создать такой регион как Кумыкская плоскость, или такой регион как Кабардино-Черкесия, подтянуть черкесов-мухаджиров из Турции. Это всё очень замечательные процессы, но теперь вернемся к составляющей, которую затронули. Сегодня мы находимся в состоянии специальной военной операции, и, соответственно, федеральные политологи, эксперты признают, что ситуация требует решения. И на фоне обострения отношений России с Западом Россия должна укрепляться и должна укрепляться по имперскому принципу. Но проблема в том, что Российская Федерация, как империя, по замечанию некоторых, начинает напоминать империю Александра Македонского. И возникает проблема, что, когда ты ведешь сложную ситуацию, тебе нужны союзники, а империя Македонского имела определенные последствия», — завершил Тамерлан Магомедов.