НОВОСТЬ
Коронатерапия в стране и в мире: только дефолты, банкротства и падения?
[caption id="attachment_157049" align="aligncenter" width="800"]
Фото: ria.ru[/caption]
О ситуации и перспективах российской экономики в период мирового нефтяного кризиса, а также стремительно распространяющейся пандемии коронавирусной инфекции, парализовавшей работу во всей стране, корреспондент РИА «Дербент» поговорил с членом Общественного совета Министерства экономики и территориального развития РД экономистом Маиром Пашаевым.
– Как Вы оцениваете текущую экономическую ситуацию в мире? В какой мере экономика пострадала из-за коронавируса?
– Хотя мировой экономический кризис прогнозировали к концу 2020 года, в марте-апреле мы наблюдаем шоковое начало кризиса и катастрофическое развитие. Прогноз снижения годового ВВП для большинства стран G20 5-10%, но ситуация по итогам года может быть
хуже. И, прежде всего, в развитых странах. Многие отраслевые рынки (торговля, услуги, туризм, развлечения, спорт, перевозки, общественное питание, люксовые товары) обвалились на 90-95%! Целые города «обрушились» - Милан, Барселона, Нью-Йорк, Лас-Вегас.
На четверть просели фондовые рынки. На рынке труда уже наблюдается значительный рост числа безработных (в США на 25 млн, в РФ оценочно на 4 млн человек за март-апрель), и это только начало кризиса.
Почему так громко «выстрелил» коронавирус? Прежде всего, лопнул «пузырь потребления»: более чем полувековая эпоха высокого потребления завершается. Помимо объективного фактора послевоенного экономического роста, увеличения доходов, потребление подстегивалось растущей телевизионной рекламой, дешевыми кредитами, популяризацией туризма, индустрии развлечений, за счет роста экономики услуг. Достаточно напомнить, что в крупнейшей экономике мира, ведущей промышленной и аграрной державе – экономике США, ВВП более чем на 3/4 обеспечивается сферой услуг. Восстановить доходы и потребление, спрос не так-то просто.
В пользу затяжного кризиса: экономисты насчитали «пузыри» на двадцати рынках. Кризис не может обойти их стороной и все только начинается. Характер кризиса, масштабы падения экономики и продолжительность кризисного периода мы можем определить тогда, когда кризис «отвяжется» и от коронавируса, и от нефти. Это второе полугодие текущего года. Начнется затяжная череда дефолтов, банкротств и падение продолжится, хотя и более медленными темпами. Пока сохраняется шоковый характер кризиса, соответственно, падение сильное.
– Почему именно нефть сегодня становится причиной кризиса? Казалось бы, низкие цены выгодны экономике.
– Потребление нефти в мире уменьшается не первый год: к началу года предложение превышало спрос на 20%. В текущем году, уже в ситуации низких цен, потребление уменьшится еще на 10%. В эпоху высоких нефтяных цен мировая экономика имела высокую зависимость от нефти. Кроме того, бюджеты нефтедобывающих стран напрямую формировались за счет нефтегазовых доходов. Например, бюджет России 2020 года на 40%, Саудовской Аравии (СА) на 78%, а косвенно и того больше. Нефтегазодобывающие страны настолько подсели на углеводородную иглу, что планировали увеличение добычи и переработки, прокладывали новые трубопроводы, строили мощные танкеры. Особых стимулов диверсифицировать экономику не было.
Но, начиная с 2014 года, происходит снижение нефтяных цен ($147 за баррель на пике). В последние годы, в принципе, все страны, в той или иной степени, были готовы к низким ценам. Достаточно сказать, что Саудовская Аравия уже приступила к реализации программы широкой диверсификации своей экономики. А бюджет РФ сформирован из расчета $42,4 за баррель. Критики Путина требовали увеличить бюджет – в стране полно нерешенных проблем, вот же излишние деньги, зачем их оставлять? Цена нефти в коридоре $50-60 для РФ считалась оптимальной, как приемлемый сценарий, допускались и $40-45. Сегодня июньские фьючерсы российской нефти торгуются по цене около $15 за баррель.
Начиная с 2017 года, ОПЕК+ проводило сокращение добычи нефти. Текущее соглашение ОПЕК+ от 1 июля действовало до 31 марта. СА планировала сокращение добычи в 2020 году на 3%. РФ была готова примерно на такое же сокращение. Но в четвертом квартале 2019 года по причине аномально теплой зимы на нефтегазовом рынке начался новый понижательный тренд. Это типичный кризис перепроизводства: запасы накапливаются, соответственно, на текущие объемы предложения спрос снижается. При объемах мировой добычи около 100 млн баррелей в сутки, спрос в апреле оценивается на 30 млн баррелей ниже. Хотя сейчас этот кризис сопряжен и с другими неблагоприятными факторами. Иначе низкие цены на нефтегазовые ресурсы, наоборот, могли бы стимулировать закупки и даже экономический рост.
Как известно, на заседании ОПЕК+ (ОПЕК и 11 стран) 6 марта новые договоренности не были достигнуты. На повторном заседании ОПЕК+ 10-12 апреля страны ОПЕК+ договорились снизить объемы производства нефти: в мае-июне будет действовать сокращение на 9,7 млн баррелей, в течение второго полугодия 2020 года страны ОПЕК+ будут сокращать добычу на 7,7 млн баррелей, а с 1 января 2021 года — 5,8 млн баррелей. в сутки. Определенные обязательства по снижению взяли на себя и страны, не входящие в ОПЕК+, включая США. Но и этого оказалось недостаточно, результат: произошло снижение цены на Brent с 33 до $22, при небольшом ожидаемом росте. Стоило бы рассчитывать на закупки дешевой нефти потребителями, но излишки нефти накапливаются быстрее и уже в июне-июле могут создать на мировом рынке настоящий технический коллапс.
– В связи с этим нефтяники заявили о грозящей технологической катастрофе для нефтяной отрасли. Российское правительство пока не объявило какие-то решения. Что может спасти нефтяную отрасль?
– Взятые нашей страной обязательства по снижению добычи с мая на 23% (2,5 млн баррелей в сутки, с уменьшением в 2021 году) необходимо выполнять. При объемах добычи нефти в РФ за 2019 год 520 млн тонн необходимо убрать с мая по декабрь около 100 млн тонн добычи. Задача сложнейшая: нужны эффективные экономические, технические, технологические решения.
Эксперты нефтяного рынка предлагают создать коммерческие резервы нефти и нефтепродуктов, используя емкостный парк предприятий отрасли, вплоть до использования свободного парка ж/д цистерн, но они ограничены в объеме. В случае существенного снижения цен на нефтепродукты, для чего государству придется снизить налоги, коммерческие предприятия, АЗС вполне могут закупить впрок определенные объемы. Одновременно правительство могло бы субсидировать закупки нефтепродуктов АПК, авиаперевозчиками, да и другими отраслями.
Актуально предложение создать стратегический нефтяной резерв, но реализация требует времени и средств. В США созданы стратегический резерв в объеме 700 млн баррелей, коммерческий резерв 500 млн баррелей, и они являются эффективными инструментами управления запасами и ценой.
Трудная задача у нефтяников: по мнению экспертов, придется закрыть часть отработанных скважин без восстановления, что означает потерю остаточных запасов скважин. Также отложить начало эксплуатации новых месторождений, готовых к запуску. Вопрос: как снизить объем добычи действующих скважин, с восстановлением объемов добычи через два года? Малые и средние предприятия отрасли, их около 150 (5% от объемов добычи), могут закрыться. Крупные нефтяные компании в состоянии пережить кризис, но вынуждены будут сократить персонал, а масштабные инвестиционные программы по причине недостатка инвестиционных ресурсов, отложить. По цепочке пострадают нефтесервисные компании, производители оборудования, комплектующих и материалов, и другие поставщики, подрядчики.
[caption id="attachment_157050" align="aligncenter" width="706"]
Фото: РБК[/caption]
– В прессе главное внимание отводится противостоянию на мировом рынке нефти России и Саудовской Аравии. В чем суть конфликта?
– Противостояние по-настоящему между США и Китаем. Между РФ и СА нет никакого конфликта. Главное, чтобы войны не было. Это совершенно разные по своим ресурсам, потенциалу и весовым категориям страны. Накачивать полвека нефтяными доходами экономику, поддерживать благосостояние населения за счет высоких цен на нефть можно, но сложно прожить какое-то продолжительное время в условиях низких нефтяных цен. По итогам 2019 года СА (3-е место в мире по добыче нефти и 9-е по добыче газа, 1-е место по экспорту нефти) и РФ имели примерно равные объемы добычи нефти, теперь им установлены и равные квоты добычи (9 млн баррелей), страны имеют примерно равные госрезервы (около $0,8 трлн).
Разница в том, что бюджет РФ сформирован из расчета 42,4 долларов за баррель, бюджет СА – 78-80 долларов за баррель. Бюджет СА имел дефицит с 2014 года, в 2019 году дефицит в размере 6,1% ВВП (при цене нефти 55-60 долларов), а бюджет РФ в последние годы имел небольшой профицит. РФ за небольшим исключением держит резервы внутри страны, они однозначно регламентированы на случай низких нефтяных цен и кризисных явлений, а деньги королевской семьи инвестированы в различные западные фонды с целью получения прибыли. В связи с низкими нефтяными ценами бюджет СА текущего года потеряет около половины доходов, дефицит бюджета может составить 50 млрд долларов. В 32 млрд долларов оценивается пакет расходов СА в связи с пандемией. Резервы СА с 2014 года сократились на 200 млрд долларов, уже 16 апреля СА пришлось прибегнуть к внешним заимствованиям в размере 7 млрд долларов, выпустив еврооблигации, госдолг СА в текущем году может увеличиться до 50% ВВП! Людям в такой ситуации свойственно нервничать. В состоянии ли СА поддерживать привычно высокий уровень жизни населения и продолжать создавать рабочие места? В стране 2/3 населения молодежь в возрасте до 35 лет. Нефтяная сказка может быстро закончиться.
С другой стороны, реформы и диверсификация национальной экономики требуют значительных расходов. Дело в том, что под угрозой срыва любимое детище наследного принца СА – концепция «Видение-2030». Мухаммед ибн Сальман аль Сауд прогрессор и очень популярен в стране: взял курс на реформы в экономической и социальной сферах, нацеленные на диверсификацию экономики и снижение зависимости от экспорта углеводородов. В целом «Видение-2030» насчитывает 96 стратегических целей, для которых разработаны 13 программ по реализации поставленных задач.
Принята национальная программа индустриального развития и логистики. Одним из направлений диверсификации стал сектор туризма (которого до недавнего времени вовсе не было). Планировали существенно увеличить и количество паломников. В планах увеличение вклада МСБ в экономику до 35% ВВП. Несмотря на достаточно сильную экономику и хорошие позиции в регионе, эксперты отмечают крайне слабое институциональное развитие СА: проблемы недостаточного образовательного уровня, низкие индексы экономической свободы, открытия бизнеса, легкости ведения бизнеса, крайне низкий индекс свободы прессы. Хотя, в этих направлениях тоже ожидались позитивные изменения. Были объявлены реформы, направленные на обеспечение большего гендерного равенства и первые практические шаги сделаны. В стране с запретом на музыку даже начали строить консерваторию.
– В прессе даются различные оценки прямых потерь РФ от снижения нефтегазовых цен, совокупных потерь ВВП от экономического кризиса и высоких рисков для бюджета. Каковы Ваши оценки?
- Прямые потери РФ от снижения нефтегазовых цен и сокращения объемов добычи за 2020-2022 годы оцениваются в сумму около $500 млрд (снизились цены и на российский газ – до $100 за т.т.). Совокупные потери экономики РФ при худшем развитии событий за три года могут составить $0,8-0,9 трлн. Пострадает бюджет РФ, в частности «три кита» бюджета – НДПИ, НДС и таможенные пошлины, которые наполняют бюджет страны более чем на 4/5. Правительство уже снизило НДПИ и экспортные пошлины на нефть в 5-7 раз, по уплате НДС предоставили отсрочки, но поступления снизятся в целом. Федеральный бюджет может недосчитаться до 5-5,5 трлн. руб. доходов. По различным оценкам на 8-10% упадут реальные доходы населения, а по причине уменьшения поступления НДФЛ и других местных налогов пострадают бюджеты регионов. Из общей суммы региональных бюджетов в размере 13 трлн. руб. выпадающие доходы составят как минимум 3 трлн. руб. и федеральному центру придется поддержать регионы финансово. Теперь и бюджет, и состояние экономики, и выход из кризиса зависят от политической воли и антикризисных шагов правительства.
– Ряд экспертов считает, что потери РФ до конца года составят до 25% ВВП и страна вернется в 90-е годы. В связи с этим, насколько эффективны правительственные пакеты в РФ по сравнению с пакетами поддержки экономики разных стран? Выдержит российская экономика удар и достаточно ли мер принято для выхода из кризиса?
- К сожалению, обвал нефтегазовых цен и последствия развивающейся пандемии коронавируса вкупе могут нанести по экономике РФ сильный удар. Более адекватные оценки – снижение ВВП РФ на 8-10%, хотя прогноз МВФ и того ниже. Слабые стороны российской экономики – зависимость экспорта от углеводородов (70%), соответственно, происходящие существенные потери валютных поступлений и возможное резкое снижение занятости, соответственно, доходов населения, что сокращает потребление. Низкое потребление никак не стимулирует экономику.
Но есть, как минимум, три обстоятельства, сглаживающие для РФ текущий кризис. 1). РФ менее встроена в глобальные экономические, логистические цепочки, несмотря на высокую зависимость бюджета страны от нефти, экономика относительно диверсифицирована, а уровень самообеспечения потребительскими товарами и основными группами продуктов питания, достаточно высокий. 2). Совокупные
резервы РФ (ЗВР, ФНБ, остатки на счетах Минфина, госбанков, госкомпаний и др.) составляют более 60 трлн рублей – финансовых ресурсов у государства достаточно, чтобы продержаться несколько кризисных лет. 3). Россия обладает 20% мировых природных ресурсов – кроме углеводородов, земельные, водные, лесные, золота, металлов, угля и многие другие: ресурсы долго еще будут востребованы, а цены на углеводороды частично восстановятся.
Пакеты помощи стран совершенно разные, как по направлениям, так и по стоимости, в зависимости от глубины кризиса, структуры экономики, финансовых возможностей и т.д. В США это около 9,5% ВВП ($2,1 трлн), но Трамп обещал по ситуации дополнительно еще от $3 до 4 трлн. Трамп может: он увеличивает на эти суммы госдолг перед ФРС, который уже в текущем году может достигнуть $25 трлн. До 20% ВВП пакет помощи Японии ($1 трлн). Максимальный пакет помощи в Германии – 18% ВВП (около 750 млрд евро), больше ориентирован на прямую, скорую финансовую помощь населению, бизнесу. В большинстве стран пакеты помощи составляют 10-15% ВВП. Деньги есть не у всех: многие страны обратились за финансовой помощью к МВФ (резервы $1 трлн).
Пока принятый правительством РФ федеральный пакет оценивается примерно в 3,5% ВВП – чуть более 1% финансовой помощи банкам, предприятиям и населению (около 1,2 трлн рублей), остальное составляют фискальные меры, послабления, отсрочки и прочие косвенные меры, т.е. выпадающие доходы бюджета. Весь пакет возможной федеральной помощи до конца года оценивается в 6,5% ВВП (около 7 трлн рублей). Региональные пакеты помощи больше нацелены на послабления в налогах, аренде имущества, адресную программу малоимущим слоям населения.
Федеральная помощь явно запаздывает: реально получить некоторые виды помощи оказались для бизнеса и населения делом нелегким или даже невозможным, а некоторые вовсе вступят в силу с середины мая. За свои осторожные шаги и президент Путин, и федеральное правительство попали под шквал критики. На очереди четвертый пакет помощи. Почему Путин, который в 2009 году за год раздал все резервы страны (около 6 трлн рублей), сегодня, имея резервов в разы больше, так осторожно подходит к раздаче денег? Если помните, он тогда заявил: после кризиса наберем еще. Теперь, при низких нефтяных ценах, у Путина нет уверенности, что после этого кризиса можно набрать резервы.
– По Вашему мнению, какие решения помогли бы стране преодолеть кризис? Готовят ли российские власти альтернативную модель развития, учитывая, что цены на нефть остаются низкими и нестабильными?
– В случае с экономикой РФ, выйти из текущей кризисной ситуации можно только при одновременных государственных вливаниях в отрасли экономики, занятость и доходы граждан, помощь бизнесу, финансовую поддержку банков и крупные инвестиционные программы. Синхронно и мощно, тогда экономика заработает за счет синергии, волнового эффекта. Как показывает практика, уровень антикризисных вливаний в экономики разных стран составит 10-15 % ВВП. Для РФ, соответственно, – это не менее 10 трлн рублей в текущем году, а пакет антикризисных вливаний за 2020-2021 годы может оцениваться в 15 трлн рублей.
Прежде всего, помочь гражданам деньгами, незащищенным слоям населения и рыночному сегменту экономики, который больше всего пострадал. Помочь компенсациями ущерба, беспроцентными кредитами, субсидиями. Только в сегменте малого и среднего бизнеса трудоустроены около 30 млн человек. По различным оценкам, в МСБ 8-10 млн граждан могут потерять работу. Из проблем надвигающихся, которые требуют решений – проблемы мигрантов, незавершенного строительства, банковского сектора, ипотеки и др.
Предполагалось, что растущие по годам бюджеты и реализация нацпроектов РФ помогут к 2024 году создать в стране базовые условия для дальнейшего ускоренного развития. В принципе, к этому времени, на фоне транзита власти, стоило ожидать появления альтернативной модели развития. Но пока придется с этим повременить. Хотя, как говорят, кризис – время возможностей, в стране нет новой мотивации к развитию, тем более, к рывку. Не деньги, а доверие граждан к государству и их долгосрочная мотивация являются необходимыми и достаточными условиями развития.
Фото: ria.ru[/caption]
О ситуации и перспективах российской экономики в период мирового нефтяного кризиса, а также стремительно распространяющейся пандемии коронавирусной инфекции, парализовавшей работу во всей стране, корреспондент РИА «Дербент» поговорил с членом Общественного совета Министерства экономики и территориального развития РД экономистом Маиром Пашаевым.
– Как Вы оцениваете текущую экономическую ситуацию в мире? В какой мере экономика пострадала из-за коронавируса?
– Хотя мировой экономический кризис прогнозировали к концу 2020 года, в марте-апреле мы наблюдаем шоковое начало кризиса и катастрофическое развитие. Прогноз снижения годового ВВП для большинства стран G20 5-10%, но ситуация по итогам года может быть
хуже. И, прежде всего, в развитых странах. Многие отраслевые рынки (торговля, услуги, туризм, развлечения, спорт, перевозки, общественное питание, люксовые товары) обвалились на 90-95%! Целые города «обрушились» - Милан, Барселона, Нью-Йорк, Лас-Вегас.
На четверть просели фондовые рынки. На рынке труда уже наблюдается значительный рост числа безработных (в США на 25 млн, в РФ оценочно на 4 млн человек за март-апрель), и это только начало кризиса.
Почему так громко «выстрелил» коронавирус? Прежде всего, лопнул «пузырь потребления»: более чем полувековая эпоха высокого потребления завершается. Помимо объективного фактора послевоенного экономического роста, увеличения доходов, потребление подстегивалось растущей телевизионной рекламой, дешевыми кредитами, популяризацией туризма, индустрии развлечений, за счет роста экономики услуг. Достаточно напомнить, что в крупнейшей экономике мира, ведущей промышленной и аграрной державе – экономике США, ВВП более чем на 3/4 обеспечивается сферой услуг. Восстановить доходы и потребление, спрос не так-то просто.
В пользу затяжного кризиса: экономисты насчитали «пузыри» на двадцати рынках. Кризис не может обойти их стороной и все только начинается. Характер кризиса, масштабы падения экономики и продолжительность кризисного периода мы можем определить тогда, когда кризис «отвяжется» и от коронавируса, и от нефти. Это второе полугодие текущего года. Начнется затяжная череда дефолтов, банкротств и падение продолжится, хотя и более медленными темпами. Пока сохраняется шоковый характер кризиса, соответственно, падение сильное.
– Почему именно нефть сегодня становится причиной кризиса? Казалось бы, низкие цены выгодны экономике.
– Потребление нефти в мире уменьшается не первый год: к началу года предложение превышало спрос на 20%. В текущем году, уже в ситуации низких цен, потребление уменьшится еще на 10%. В эпоху высоких нефтяных цен мировая экономика имела высокую зависимость от нефти. Кроме того, бюджеты нефтедобывающих стран напрямую формировались за счет нефтегазовых доходов. Например, бюджет России 2020 года на 40%, Саудовской Аравии (СА) на 78%, а косвенно и того больше. Нефтегазодобывающие страны настолько подсели на углеводородную иглу, что планировали увеличение добычи и переработки, прокладывали новые трубопроводы, строили мощные танкеры. Особых стимулов диверсифицировать экономику не было.
Но, начиная с 2014 года, происходит снижение нефтяных цен ($147 за баррель на пике). В последние годы, в принципе, все страны, в той или иной степени, были готовы к низким ценам. Достаточно сказать, что Саудовская Аравия уже приступила к реализации программы широкой диверсификации своей экономики. А бюджет РФ сформирован из расчета $42,4 за баррель. Критики Путина требовали увеличить бюджет – в стране полно нерешенных проблем, вот же излишние деньги, зачем их оставлять? Цена нефти в коридоре $50-60 для РФ считалась оптимальной, как приемлемый сценарий, допускались и $40-45. Сегодня июньские фьючерсы российской нефти торгуются по цене около $15 за баррель.
Начиная с 2017 года, ОПЕК+ проводило сокращение добычи нефти. Текущее соглашение ОПЕК+ от 1 июля действовало до 31 марта. СА планировала сокращение добычи в 2020 году на 3%. РФ была готова примерно на такое же сокращение. Но в четвертом квартале 2019 года по причине аномально теплой зимы на нефтегазовом рынке начался новый понижательный тренд. Это типичный кризис перепроизводства: запасы накапливаются, соответственно, на текущие объемы предложения спрос снижается. При объемах мировой добычи около 100 млн баррелей в сутки, спрос в апреле оценивается на 30 млн баррелей ниже. Хотя сейчас этот кризис сопряжен и с другими неблагоприятными факторами. Иначе низкие цены на нефтегазовые ресурсы, наоборот, могли бы стимулировать закупки и даже экономический рост.
Как известно, на заседании ОПЕК+ (ОПЕК и 11 стран) 6 марта новые договоренности не были достигнуты. На повторном заседании ОПЕК+ 10-12 апреля страны ОПЕК+ договорились снизить объемы производства нефти: в мае-июне будет действовать сокращение на 9,7 млн баррелей, в течение второго полугодия 2020 года страны ОПЕК+ будут сокращать добычу на 7,7 млн баррелей, а с 1 января 2021 года — 5,8 млн баррелей. в сутки. Определенные обязательства по снижению взяли на себя и страны, не входящие в ОПЕК+, включая США. Но и этого оказалось недостаточно, результат: произошло снижение цены на Brent с 33 до $22, при небольшом ожидаемом росте. Стоило бы рассчитывать на закупки дешевой нефти потребителями, но излишки нефти накапливаются быстрее и уже в июне-июле могут создать на мировом рынке настоящий технический коллапс.
– В связи с этим нефтяники заявили о грозящей технологической катастрофе для нефтяной отрасли. Российское правительство пока не объявило какие-то решения. Что может спасти нефтяную отрасль?
– Взятые нашей страной обязательства по снижению добычи с мая на 23% (2,5 млн баррелей в сутки, с уменьшением в 2021 году) необходимо выполнять. При объемах добычи нефти в РФ за 2019 год 520 млн тонн необходимо убрать с мая по декабрь около 100 млн тонн добычи. Задача сложнейшая: нужны эффективные экономические, технические, технологические решения.
Эксперты нефтяного рынка предлагают создать коммерческие резервы нефти и нефтепродуктов, используя емкостный парк предприятий отрасли, вплоть до использования свободного парка ж/д цистерн, но они ограничены в объеме. В случае существенного снижения цен на нефтепродукты, для чего государству придется снизить налоги, коммерческие предприятия, АЗС вполне могут закупить впрок определенные объемы. Одновременно правительство могло бы субсидировать закупки нефтепродуктов АПК, авиаперевозчиками, да и другими отраслями.
Актуально предложение создать стратегический нефтяной резерв, но реализация требует времени и средств. В США созданы стратегический резерв в объеме 700 млн баррелей, коммерческий резерв 500 млн баррелей, и они являются эффективными инструментами управления запасами и ценой.
Трудная задача у нефтяников: по мнению экспертов, придется закрыть часть отработанных скважин без восстановления, что означает потерю остаточных запасов скважин. Также отложить начало эксплуатации новых месторождений, готовых к запуску. Вопрос: как снизить объем добычи действующих скважин, с восстановлением объемов добычи через два года? Малые и средние предприятия отрасли, их около 150 (5% от объемов добычи), могут закрыться. Крупные нефтяные компании в состоянии пережить кризис, но вынуждены будут сократить персонал, а масштабные инвестиционные программы по причине недостатка инвестиционных ресурсов, отложить. По цепочке пострадают нефтесервисные компании, производители оборудования, комплектующих и материалов, и другие поставщики, подрядчики.
[caption id="attachment_157050" align="aligncenter" width="706"] Фото: РБК[/caption]
– В прессе главное внимание отводится противостоянию на мировом рынке нефти России и Саудовской Аравии. В чем суть конфликта?
– Противостояние по-настоящему между США и Китаем. Между РФ и СА нет никакого конфликта. Главное, чтобы войны не было. Это совершенно разные по своим ресурсам, потенциалу и весовым категориям страны. Накачивать полвека нефтяными доходами экономику, поддерживать благосостояние населения за счет высоких цен на нефть можно, но сложно прожить какое-то продолжительное время в условиях низких нефтяных цен. По итогам 2019 года СА (3-е место в мире по добыче нефти и 9-е по добыче газа, 1-е место по экспорту нефти) и РФ имели примерно равные объемы добычи нефти, теперь им установлены и равные квоты добычи (9 млн баррелей), страны имеют примерно равные госрезервы (около $0,8 трлн).
Разница в том, что бюджет РФ сформирован из расчета 42,4 долларов за баррель, бюджет СА – 78-80 долларов за баррель. Бюджет СА имел дефицит с 2014 года, в 2019 году дефицит в размере 6,1% ВВП (при цене нефти 55-60 долларов), а бюджет РФ в последние годы имел небольшой профицит. РФ за небольшим исключением держит резервы внутри страны, они однозначно регламентированы на случай низких нефтяных цен и кризисных явлений, а деньги королевской семьи инвестированы в различные западные фонды с целью получения прибыли. В связи с низкими нефтяными ценами бюджет СА текущего года потеряет около половины доходов, дефицит бюджета может составить 50 млрд долларов. В 32 млрд долларов оценивается пакет расходов СА в связи с пандемией. Резервы СА с 2014 года сократились на 200 млрд долларов, уже 16 апреля СА пришлось прибегнуть к внешним заимствованиям в размере 7 млрд долларов, выпустив еврооблигации, госдолг СА в текущем году может увеличиться до 50% ВВП! Людям в такой ситуации свойственно нервничать. В состоянии ли СА поддерживать привычно высокий уровень жизни населения и продолжать создавать рабочие места? В стране 2/3 населения молодежь в возрасте до 35 лет. Нефтяная сказка может быстро закончиться.
С другой стороны, реформы и диверсификация национальной экономики требуют значительных расходов. Дело в том, что под угрозой срыва любимое детище наследного принца СА – концепция «Видение-2030». Мухаммед ибн Сальман аль Сауд прогрессор и очень популярен в стране: взял курс на реформы в экономической и социальной сферах, нацеленные на диверсификацию экономики и снижение зависимости от экспорта углеводородов. В целом «Видение-2030» насчитывает 96 стратегических целей, для которых разработаны 13 программ по реализации поставленных задач.
Принята национальная программа индустриального развития и логистики. Одним из направлений диверсификации стал сектор туризма (которого до недавнего времени вовсе не было). Планировали существенно увеличить и количество паломников. В планах увеличение вклада МСБ в экономику до 35% ВВП. Несмотря на достаточно сильную экономику и хорошие позиции в регионе, эксперты отмечают крайне слабое институциональное развитие СА: проблемы недостаточного образовательного уровня, низкие индексы экономической свободы, открытия бизнеса, легкости ведения бизнеса, крайне низкий индекс свободы прессы. Хотя, в этих направлениях тоже ожидались позитивные изменения. Были объявлены реформы, направленные на обеспечение большего гендерного равенства и первые практические шаги сделаны. В стране с запретом на музыку даже начали строить консерваторию.
– В прессе даются различные оценки прямых потерь РФ от снижения нефтегазовых цен, совокупных потерь ВВП от экономического кризиса и высоких рисков для бюджета. Каковы Ваши оценки?
- Прямые потери РФ от снижения нефтегазовых цен и сокращения объемов добычи за 2020-2022 годы оцениваются в сумму около $500 млрд (снизились цены и на российский газ – до $100 за т.т.). Совокупные потери экономики РФ при худшем развитии событий за три года могут составить $0,8-0,9 трлн. Пострадает бюджет РФ, в частности «три кита» бюджета – НДПИ, НДС и таможенные пошлины, которые наполняют бюджет страны более чем на 4/5. Правительство уже снизило НДПИ и экспортные пошлины на нефть в 5-7 раз, по уплате НДС предоставили отсрочки, но поступления снизятся в целом. Федеральный бюджет может недосчитаться до 5-5,5 трлн. руб. доходов. По различным оценкам на 8-10% упадут реальные доходы населения, а по причине уменьшения поступления НДФЛ и других местных налогов пострадают бюджеты регионов. Из общей суммы региональных бюджетов в размере 13 трлн. руб. выпадающие доходы составят как минимум 3 трлн. руб. и федеральному центру придется поддержать регионы финансово. Теперь и бюджет, и состояние экономики, и выход из кризиса зависят от политической воли и антикризисных шагов правительства.
– Ряд экспертов считает, что потери РФ до конца года составят до 25% ВВП и страна вернется в 90-е годы. В связи с этим, насколько эффективны правительственные пакеты в РФ по сравнению с пакетами поддержки экономики разных стран? Выдержит российская экономика удар и достаточно ли мер принято для выхода из кризиса?
- К сожалению, обвал нефтегазовых цен и последствия развивающейся пандемии коронавируса вкупе могут нанести по экономике РФ сильный удар. Более адекватные оценки – снижение ВВП РФ на 8-10%, хотя прогноз МВФ и того ниже. Слабые стороны российской экономики – зависимость экспорта от углеводородов (70%), соответственно, происходящие существенные потери валютных поступлений и возможное резкое снижение занятости, соответственно, доходов населения, что сокращает потребление. Низкое потребление никак не стимулирует экономику.
Но есть, как минимум, три обстоятельства, сглаживающие для РФ текущий кризис. 1). РФ менее встроена в глобальные экономические, логистические цепочки, несмотря на высокую зависимость бюджета страны от нефти, экономика относительно диверсифицирована, а уровень самообеспечения потребительскими товарами и основными группами продуктов питания, достаточно высокий. 2). Совокупные
резервы РФ (ЗВР, ФНБ, остатки на счетах Минфина, госбанков, госкомпаний и др.) составляют более 60 трлн рублей – финансовых ресурсов у государства достаточно, чтобы продержаться несколько кризисных лет. 3). Россия обладает 20% мировых природных ресурсов – кроме углеводородов, земельные, водные, лесные, золота, металлов, угля и многие другие: ресурсы долго еще будут востребованы, а цены на углеводороды частично восстановятся.
Пакеты помощи стран совершенно разные, как по направлениям, так и по стоимости, в зависимости от глубины кризиса, структуры экономики, финансовых возможностей и т.д. В США это около 9,5% ВВП ($2,1 трлн), но Трамп обещал по ситуации дополнительно еще от $3 до 4 трлн. Трамп может: он увеличивает на эти суммы госдолг перед ФРС, который уже в текущем году может достигнуть $25 трлн. До 20% ВВП пакет помощи Японии ($1 трлн). Максимальный пакет помощи в Германии – 18% ВВП (около 750 млрд евро), больше ориентирован на прямую, скорую финансовую помощь населению, бизнесу. В большинстве стран пакеты помощи составляют 10-15% ВВП. Деньги есть не у всех: многие страны обратились за финансовой помощью к МВФ (резервы $1 трлн).
Пока принятый правительством РФ федеральный пакет оценивается примерно в 3,5% ВВП – чуть более 1% финансовой помощи банкам, предприятиям и населению (около 1,2 трлн рублей), остальное составляют фискальные меры, послабления, отсрочки и прочие косвенные меры, т.е. выпадающие доходы бюджета. Весь пакет возможной федеральной помощи до конца года оценивается в 6,5% ВВП (около 7 трлн рублей). Региональные пакеты помощи больше нацелены на послабления в налогах, аренде имущества, адресную программу малоимущим слоям населения.
Федеральная помощь явно запаздывает: реально получить некоторые виды помощи оказались для бизнеса и населения делом нелегким или даже невозможным, а некоторые вовсе вступят в силу с середины мая. За свои осторожные шаги и президент Путин, и федеральное правительство попали под шквал критики. На очереди четвертый пакет помощи. Почему Путин, который в 2009 году за год раздал все резервы страны (около 6 трлн рублей), сегодня, имея резервов в разы больше, так осторожно подходит к раздаче денег? Если помните, он тогда заявил: после кризиса наберем еще. Теперь, при низких нефтяных ценах, у Путина нет уверенности, что после этого кризиса можно набрать резервы.
– По Вашему мнению, какие решения помогли бы стране преодолеть кризис? Готовят ли российские власти альтернативную модель развития, учитывая, что цены на нефть остаются низкими и нестабильными?
– В случае с экономикой РФ, выйти из текущей кризисной ситуации можно только при одновременных государственных вливаниях в отрасли экономики, занятость и доходы граждан, помощь бизнесу, финансовую поддержку банков и крупные инвестиционные программы. Синхронно и мощно, тогда экономика заработает за счет синергии, волнового эффекта. Как показывает практика, уровень антикризисных вливаний в экономики разных стран составит 10-15 % ВВП. Для РФ, соответственно, – это не менее 10 трлн рублей в текущем году, а пакет антикризисных вливаний за 2020-2021 годы может оцениваться в 15 трлн рублей.
Прежде всего, помочь гражданам деньгами, незащищенным слоям населения и рыночному сегменту экономики, который больше всего пострадал. Помочь компенсациями ущерба, беспроцентными кредитами, субсидиями. Только в сегменте малого и среднего бизнеса трудоустроены около 30 млн человек. По различным оценкам, в МСБ 8-10 млн граждан могут потерять работу. Из проблем надвигающихся, которые требуют решений – проблемы мигрантов, незавершенного строительства, банковского сектора, ипотеки и др.
Предполагалось, что растущие по годам бюджеты и реализация нацпроектов РФ помогут к 2024 году создать в стране базовые условия для дальнейшего ускоренного развития. В принципе, к этому времени, на фоне транзита власти, стоило ожидать появления альтернативной модели развития. Но пока придется с этим повременить. Хотя, как говорят, кризис – время возможностей, в стране нет новой мотивации к развитию, тем более, к рывку. Не деньги, а доверие граждан к государству и их долгосрочная мотивация являются необходимыми и достаточными условиями развития.