НОВОСТЬ
Маир Пашаев: «Дагестан попал в ловушку бедности…»
Продолжающийся более трех лет рост российской экономики, заявленный Президентом РФ Владимиром Путиным, тем не менее, имеет невысокие темпы и недостаточен для динамичного развития страны. На этом фоне в Дагестане и вовсе на протяжении последних четырех лет отсутствует рост ВРП. Об этом и не только – в нашем интервью с экономистом Маиром Пашаевым, в котором эксперт дает свою оценку последним актуальным событиям в сфере экономики и их проекции на Дагестан.– Недавно Путин заявил о позитивных темпах экономического роста в стране, который продолжается 13 кварталов подряд. Также он сообщил о росте ВВП, промышленного производства, о рекордно низком уровне безработицы. Что из этого соответствует действительности? Какова реальная картина?
– Истина где-то посередине. Формально темпы роста национальной экономики 1,5-2% в последние три года налицо, но это недостаточный для развивающейся страны рост. Китай при снижении темпов годового роста до 6% бьет тревогу, и руководство страны принимает срочные меры для масштабного стимулирования роста экономики. Для сравнения – темпы роста национальной экономики СССР в 1950-1970 годы составляли 4-5% в год – именно такие темпы роста России необходимы и сегодня. Что касается безработицы, то возможно речь идет о ее регистрируемом государственными органами, статистически учитываемом уровне, а не оценочном или фактическом. Реальная картина безработицы по стране известна: за исключением нескольких благополучных и динамично развивающихся регионов, их не более 10-12, уровень безработицы на порядок выше – губернаторы прикрывают действительность статистикой.
– Что можно сказать о ситуации в Дагестане за указанный период? Какие тенденции складываются в экономике республики? Наблюдается ли рост ВРП, промышленного роста, а также снижение безработицы, о которых говорит глава государства?
– Темпы роста ВРП в Дагестане начиная с 2015 года или отрицательные, или близкие к нулю. И в первом полугодии текущего года темпы отрицательные, а безработица растет. Если для страны 3-4% роста ВВП можно считать приемлемыми, то для "догоняющей" экономики Дагестана оптимальными можно считать 6-7% годового роста ВРП, а желательно не менее 8%. Напомню, что в 2010-2012 годах темпы роста ВРП были не менее 8% в год, а до кризиса 2008-2009 гг, еще выше.
– В чем причины отсталости экономики Дагестана, одновременно высокой безработицы, бедности? Ведь республиканский бюджет из года в год растет. И почему правительство не переломит ситуацию для выхода на устойчивый рост экономики?
– Действительно, бюджет Дагестана за семь лет удвоился, и это достаточно неплохие темпы роста. Но и отсталость, и бедность на месте: правительство Дагестана никогда не пыталось понять причины отсталости и предпринять адекватные проблеме действия. За период 1950-1970 гг, благодаря огромным государственным инвестициям, была создана мощная производственная база и достаточное для обеспечения высокого уровня жизни населения 1,5-2 млн. человек совокупное богатство. Начиная с конца 1980-х годов, особенно в 1990-е годы, производственная база резко сокращается, совокупное богатство уменьшается. А население республики продолжает увеличиваться – до 3,1 млн человек в настоящее время.
Несмотря на рост бюджета, государственные инвестиции на низком уровне, насколько мы знаем, крупных частных инвестиций практически нет – как итог, республика не имеет достаточный объем основных активов; средняя заработная плата и бюджетная обеспеченность на душу населения самые низкие по стране. Дагестан слабо представлен на рынке страны, т.е. мы мало зарабатываем, в то же время крайне высока доля ввозимых товаров. Кроме того, уходят за пределы республики деньги за потребляемые электроэнергию, газ. Отрицательный баланс сохраняется вот уже три десятка лет.
В силу безусловной противофазы фундаментальных параметров экономики Дагестан попал в так называемую ловушку бедности. Есть и достаточно серьезный субъективный фактор: утеря связей с прошлым не дает нам веры в будущее, не позволяет иметь цельное видение и сформулировать стратегию развития в долгосрочном периоде. Мотивация граждан на развитие в долгосрочном периоде ослаблена, а такие важнейшие рычаги развития, как образование и культура не только ослаблены – они сломлены.
Но беда в том, что нами управляют люди, у которых мотивации на долгосрочное развитие Дагестана вовсе нет. Кого мы найдем, кого спросим, скажем, в 2035 году? Небольшие улучшения, перемены, приведение к порядку в экономике, чем сегодня увлечены дагестанские чиновники, не являются ни стратегией, ни изменениями, ни тем более новой моделью экономики или переходом в новое состояние.
Власть сегодня должна не просто управлять, а сменить парадигму развития на новую, которая открывает принципиально новые прорывные возможности и поставить значимую трансформативную цель: в мире радикальные изменения коснулись общества, рынка, технологий – темпы изменений таковы, что отсталость сегодня может стать отставанием навсегда. Масштабы и скорость технологического прорыва в мире таковы, что мы не просто отстанем – в будущем нас будут эксплуатировать те, которые не только не подошли к нашим границам, но и вовсе не знают о нашем существовании.
– Глава Дагестана В.Васильев много говорит о работе управленцев на различных уровнях, открыто критикует их, обещает ввести в отношении них санкции. Меняется ли ситуация в системе власти? Стали ли чиновники лучше работать?
– У нового руководства республики есть возможность обратиться к опыту Госсовета Дагестана образца 1994-2006 гг, да и в целом к укладу жизни, опыту хозяйствования предыдущих поколений, включая советский период развития экономики. Интересно наблюдать и за периодом после упразднения Госсовета. Смена руководителя региона и последовавшая не совсем удачная административная реформа 2006 года, а затем и кризисные 2008-2009 годов, положили начало периоду новой турбулентности государственной власти в Дагестане, которая фактически продолжается и сегодня.
В 2008-2009 годы была предпринята попытка реализовать антикризисную программу и выработать «Стратегию социально-экономического развития Республики Дагестан до 2020 года», однако, ее проект так и не получил окончательного утверждения. Далее, начиная с 2010 года политика «диктатуры развития» сверху положила начало периоду новых реформ и самое главное, обеспечила приток инвестиций и новую динамику экономического развития республики. Но, со сменой руководителя Дагестана в начале 2013 года и последовавшей его авторитарной и коррупционной политики, все реформы постепенно были свернуты, а инвестиционные проекты заморожены и погублены.
Раньше мы критиковали руководство республики за то, что некоторые министры и главы муниципалитетов бессменно работали по 15-17 лет. Но теперь ударились в другую крайность. В период 2013-2019гг в республиканской власти происходят провал в кадровой политике и потеря управляемости: за семь неполных лет сменились пять глав АГП, шесть мэров Махачкалы, семь министров сельского хозяйства, семь министров имущественного комплекса, пять министров промышленности, пять министров строительства, пять министров транспорта, четыре министра образования, пять мэров Дербента! Проблема новой системы и структуры власти по-прежнему актуальна: это вопрос государственной важности и государственной безопасности, равно как и эффективности экономики, планирования и рационального использования бюджетных средств.
– Что можно сказать о ситуации в Дагестане за указанный период? Какие тенденции складываются в экономике республики? Наблюдается ли рост ВРП, промышленного роста, а также снижение безработицы, о которых говорит глава государства?
– Темпы роста ВРП в Дагестане начиная с 2015 года или отрицательные, или близкие к нулю. И в первом полугодии текущего года темпы отрицательные, а безработица растет. Если для страны 3-4% роста ВВП можно считать приемлемыми, то для "догоняющей" экономики Дагестана оптимальными можно считать 6-7% годового роста ВРП, а желательно не менее 8%. Напомню, что в 2010-2012 годах темпы роста ВРП были не менее 8% в год, а до кризиса 2008-2009 гг, еще выше.
– В чем причины отсталости экономики Дагестана, одновременно высокой безработицы, бедности? Ведь республиканский бюджет из года в год растет. И почему правительство не переломит ситуацию для выхода на устойчивый рост экономики?
– Действительно, бюджет Дагестана за семь лет удвоился, и это достаточно неплохие темпы роста. Но и отсталость, и бедность на месте: правительство Дагестана никогда не пыталось понять причины отсталости и предпринять адекватные проблеме действия. За период 1950-1970 гг, благодаря огромным государственным инвестициям, была создана мощная производственная база и достаточное для обеспечения высокого уровня жизни населения 1,5-2 млн. человек совокупное богатство. Начиная с конца 1980-х годов, особенно в 1990-е годы, производственная база резко сокращается, совокупное богатство уменьшается. А население республики продолжает увеличиваться – до 3,1 млн человек в настоящее время.
Несмотря на рост бюджета, государственные инвестиции на низком уровне, насколько мы знаем, крупных частных инвестиций практически нет – как итог, республика не имеет достаточный объем основных активов; средняя заработная плата и бюджетная обеспеченность на душу населения самые низкие по стране. Дагестан слабо представлен на рынке страны, т.е. мы мало зарабатываем, в то же время крайне высока доля ввозимых товаров. Кроме того, уходят за пределы республики деньги за потребляемые электроэнергию, газ. Отрицательный баланс сохраняется вот уже три десятка лет.
В силу безусловной противофазы фундаментальных параметров экономики Дагестан попал в так называемую ловушку бедности. Есть и достаточно серьезный субъективный фактор: утеря связей с прошлым не дает нам веры в будущее, не позволяет иметь цельное видение и сформулировать стратегию развития в долгосрочном периоде. Мотивация граждан на развитие в долгосрочном периоде ослаблена, а такие важнейшие рычаги развития, как образование и культура не только ослаблены – они сломлены.
Но беда в том, что нами управляют люди, у которых мотивации на долгосрочное развитие Дагестана вовсе нет. Кого мы найдем, кого спросим, скажем, в 2035 году? Небольшие улучшения, перемены, приведение к порядку в экономике, чем сегодня увлечены дагестанские чиновники, не являются ни стратегией, ни изменениями, ни тем более новой моделью экономики или переходом в новое состояние.
Власть сегодня должна не просто управлять, а сменить парадигму развития на новую, которая открывает принципиально новые прорывные возможности и поставить значимую трансформативную цель: в мире радикальные изменения коснулись общества, рынка, технологий – темпы изменений таковы, что отсталость сегодня может стать отставанием навсегда. Масштабы и скорость технологического прорыва в мире таковы, что мы не просто отстанем – в будущем нас будут эксплуатировать те, которые не только не подошли к нашим границам, но и вовсе не знают о нашем существовании.
– Глава Дагестана В.Васильев много говорит о работе управленцев на различных уровнях, открыто критикует их, обещает ввести в отношении них санкции. Меняется ли ситуация в системе власти? Стали ли чиновники лучше работать?
– У нового руководства республики есть возможность обратиться к опыту Госсовета Дагестана образца 1994-2006 гг, да и в целом к укладу жизни, опыту хозяйствования предыдущих поколений, включая советский период развития экономики. Интересно наблюдать и за периодом после упразднения Госсовета. Смена руководителя региона и последовавшая не совсем удачная административная реформа 2006 года, а затем и кризисные 2008-2009 годов, положили начало периоду новой турбулентности государственной власти в Дагестане, которая фактически продолжается и сегодня.
В 2008-2009 годы была предпринята попытка реализовать антикризисную программу и выработать «Стратегию социально-экономического развития Республики Дагестан до 2020 года», однако, ее проект так и не получил окончательного утверждения. Далее, начиная с 2010 года политика «диктатуры развития» сверху положила начало периоду новых реформ и самое главное, обеспечила приток инвестиций и новую динамику экономического развития республики. Но, со сменой руководителя Дагестана в начале 2013 года и последовавшей его авторитарной и коррупционной политики, все реформы постепенно были свернуты, а инвестиционные проекты заморожены и погублены.
Раньше мы критиковали руководство республики за то, что некоторые министры и главы муниципалитетов бессменно работали по 15-17 лет. Но теперь ударились в другую крайность. В период 2013-2019гг в республиканской власти происходят провал в кадровой политике и потеря управляемости: за семь неполных лет сменились пять глав АГП, шесть мэров Махачкалы, семь министров сельского хозяйства, семь министров имущественного комплекса, пять министров промышленности, пять министров строительства, пять министров транспорта, четыре министра образования, пять мэров Дербента! Проблема новой системы и структуры власти по-прежнему актуальна: это вопрос государственной важности и государственной безопасности, равно как и эффективности экономики, планирования и рационального использования бюджетных средств.