Максим Шевченко: «Такие экспроприации, как с Арашуковым, могут дать два годовых бюджета РФ»

Известный публицист о том, кого потянет за собой арестованный сенатор и откуда Путин лично знает адыгские кланы. «На черкесском клане Арашуковых можно поставить крест или полумесяц — кому как больше нравится», — констатирует политолог и специалист по Кавказу Максим Шевченко, добавляя, что на средства, похищаемые такими людьми из «Газпрома», могут безбедно жить десятки регионов России. В интервью «БИЗНЕС Online» Шевченко рассказал, почему адыги придерживаются своего этического кодекса «Хабзэ», какие кланы правят КЧР и как Кадыров мог спровоцировать дело Арашукова. «ТЕПЕРЬ КРИЧАТ О НЕМ: «АХ, МЫ НЕ ЗНАЛИ!» ВСЁ ПРЕКРАСНО ЗНАЛИ И ПРИ ЭТОМ КОРМИЛИСЬ С ЕГО РУКИ» — Максим Леонардович, после того как сенатор Рауф Арашуков вместе со своим отцом оказался за решеткой, многие поспешили от них откреститься, а другие, наоборот, стали припоминать, где и при каких обстоятельствах с ними сталкивались. Как специалист по кавказской политике вы тоже наверняка знали арестованных? — Пожалуй, нет ни одного заметного человека на Кавказе, с которым я не был бы знаком в той или иной степени. Практически с каждым из них я был хотя бы один раз на встрече. Правда, с Раулем Арашуковым-старшим я не встречался лично, а с его сыном Рауфом раз пять все-таки виделся. С ним меня, кстати, познакомил Вячеслав Дерев (российский предприниматель и политик, член Совета Федерации от КЧР в 2011–2016 годах — прим. ред.), который вообще-то считается его врагом. А мои отношения с Вячеславом дружеские и близкие, я был свидетелем на свадьбе его сына. Так вот Дерев и Рауф Арашуков какое-то время враждовали, потом решили помириться, Вячеслав попросил меня присутствовать при их разговоре. Втроем мы сидели тогда за одним столом: Дерев, Арашуков и я. Это нормальная кавказская практика — попросить третьего человека быть свидетелем примирения. При этом я очень настороженно относился к Рауфу из-за слухов о его причастности к смерти Аслана Жукова (лидера черкесского молодежного движения «Адыге-Хасэ», который был убит киллером из пистолета с глушителем в марте 2010 года, — прим. ред.), которого я тоже знал. Но Вячеслав сказал мне: «Макс, так надо. Давай поговорим, пообщаемся с ним». Помню, что мы в Хабезе, родном ауле Арашуковых, где Рауф выстроил себе свой знаменитый дворец и по совместительству спа-отель «Адиюх-Пэлас», сели и долго разговаривали. — Какое впечатление произвел на вас тогда Арашуков-младший? — Умного, хитрого, очень смелого человека, а также очень богатого — он всегда делал ставку на свои деньги. При этом у него очень быстрый, хитрый и подвижный ум. — После задержания Рауф Арашуков заявил, что не знает русского языка. Когда вы с ним общались, у вас разве присутствовал языковой барьер? — Он, конечно же, знает русский язык. Наверное, могут быть нюансы, связанные, к примеру, с уголовным правом, которые требуют перевода, но в целом он говорит по-русски, хотя и с характерным адыгским акцентом. Но это его право — судить, насколько он знает русский язык. Одно дело — попросить в столовой сосисок, а другое — общаться со следователем и адвокатом. Здесь и в самом деле может потребоваться переводчик. — Уже появились свидетельства, что Рауф еще лет 15 назад разъезжал по Ставрополю на Bentley, тормозил около автобусных остановок и выбрасывал через открытую дверь тысячную купюру со словами: «Э, шнурки мне завяжи!» — У Рауфа, безусловно, имелась манера бравировать своим денежным достатком, но он был способен поднимать и серьезные темы — постоянно говорил мне на встречах, что адыги нуждаются в переменах, что старики все перессорились и что в адыгское движение должно прийти новое, молодое и более конструктивное, поколение. Себя он позиционировал как лидера этого поколения. Я, кстати, не хочу говорить о Рауфе на манер тех, что кричат о нем теперь: «Ах, мы не знали!» Все прекрасно всё знали и при этом с его руки кормились так называемые звезды российской эстрады, о чем осведомлена вся Карачаево-Черкесия: кто именно, какие актеры и певцы. Ну что ж, это жизнь актеров, я их за это не осуждаю. Они всегда тянутся к тем, кто может организовывать им спектакли и выступления. Смешно слышать от Баскова и Киркорова, что на торжествах Арашукова они выступали бесплатно (как пишут по этому поводу блогеры, «золотой тенор России певец Николай Басков на дне рождения Арашукова, проходившем в его личном роскошном спа-отеле „Адиюх-Пэлас“ в Карачаево-Черкесии, лично исполнял песни на черкесском языке, включая арию „Есть единственный всевышний — Аллах“; после ареста сенатора Басков заявил, что вел праздник абсолютно бесплатно и не знаком с именинником; народный артист России Филип Киркоров, выступавший этим летом на свадьбе 16-летней дочери Арашукова, пояснил, что его всё на этой свадьбе настораживало и казалось фальшивым, поэтому и он, и Игорь Николаев выступили бесплатно», — прим. ред.). Я не понимаю, чего тут стесняться. Не вижу ничего плохого и в том, что Тина Канделаки поддерживала отношения с Рауфом — помимо этого, у нее был контракт и с Рамзаном Кадыровым. Это ее работа рекламщика — она же не отвечает за то, что ее партнер по бизнесу, с которым она заключает договор, совершает какие-то преступные деяния. Да, Рауф любил шикануть и пустить пыль в глаза — это такая буржуазно-золотая кавказская манера. Но она всегда была мне неприятна, потому что я не понимаю, как можно бросать деньги на ветер, купаться в золоте, когда твой народ живет бедно. Кстати, про Арашукова-старшего люди обыкновенно плохо не говорят, хотя он очень богатый человек, все знают, каков источник его богатства — «Газпром». Но Рауль всегда помогал соотечественникам, и за это к нему относятся с уважением. В Хабезе можно поговорить практически с любым жителем аула — все это подтвердят. Ему даже вряд ли поставят в вину, что он украл у государства 30 миллиардов рублей — по мнению людей, Арашуков-старший просто участвовал в играх с властью, правила для которых писал не он, а сама власть. Про Рауфа то же самое сказать нельзя — его боялись, с ним считались, но уважения к нему не испытывали. В том, что Рауф вырос избалованным, во многом виновата страшная беда, очень давно случившаяся в семье Арашуковых. Рауль, маневрируя на машине во дворе дома, случайно задавил насмерть своего маленького сына. Это, говорят, его очень сильно надломило, и другому своему сыну, Рауфу, он стал позволять очень много. До этого Арашуков-старший держал своих сыновей в строгости, как это принято на Кавказе, но после страшной трагедии, где он явился причиной гибели собственного ребенка, правила были изменены, Рауф, что называется, «отморозился». Вообще, Арашуковы не делали ничего такого, чего не делали многие другие люди из их круга. Не стоит рисовать их злодеями на фоне белых голубей. Нет никого в России, кто бы свои миллиарды заработал с помощью открытых бизнес-технологий. Все большие деньги в РФ зарабатываются лоббистскими и иными не очень чистыми приемами. «Он, конечно же, знает русский язык. Наверное, могут быть нюансы, связанные, к примеру, с уголовным правом, которые требуют перевода, но в целом он говорит по-русски, хотя и с характерным адыгским акцентом» «ПУТИН ХОРОШО ЗНАЕТ АДЫГСКИЕ КЛАНЫ: АРАШУКОВЫХ, ДЕРЕВЫХ, ХАПСИРОКОВЫХ» — Но тут не просто лоббизм — здесь речь идет о крови. — Это другой вопрос. На Арашукова-старшего кровь никто не вешает, а вот Рауфу обвинения в убийстве уже предъявлены (помимо убийства Аслана Жукова, экс-сенатору инкриминируется заказ на устранение помощника президента Карачаево-Черкесии Фраля Шебзухова; последний был убит 12 мая 2010 года в Черкесске: недалеко от дома на него напали неизвестные с бейсбольными битами, Фраль оказал им сопротивление, сумел отбить удары и бросился бежать; когда он оторвался на расстояние 20 м, один из киллеров открыл огонь; от полученных ранений Шебзухов скончался; преступление произошло, когда кандидатура Шебзухова уже была внесена в то время президентом КЧР Борисом Эбзеевым в местный парламент на утверждение в должности премьер-министра, — прим. ред.). Люди говорят, что вокруг Арашукова-младшего всегда были сильные бойцы, преданная ему молодежь. Хотя разница между, допустим, Вячеславом Деревом и Рауфом в том, что первого всегда любили и уважали за его личные качества, а не за деньги, а вот второго — только за деньги. — Арест Вячеслава Дерева в марте 2018 года (ему предъявили обвинение в хищении 119,3 миллиона рублей бюджетных средств путем незаконного возмещения НДС) как-то связан с семейством Арашуковых? — Это его Рауф посадил — на сей счет даже нет двух мнений. Вся Карачаево-Черкесия об этом знает, равно как и о том, зачем он это сделал — чтобы подчинить себе движение «Адыге-Хасэ». Так что теперь после ареста Арашуковых Дерев должен быть освобожден обязательно, тем более что следственный комитет уже объявил о завершении расследования уголовного дела в отношении него и анонсировал, что Вячеслав может выйти на свободу на следующей неделе. Если у следствия останутся вопросы по деятельности его компании «Меркурий», это можно осуществить и без избрания жесткой меры пресечения. Вячеслав и его старший брат много полезного сделали, в том числе для урегулирования тяжелой ситуации в Карачаево-Черкесии в 1999 году. В связи с этим семью Деревых очень хорошо знает Владимир Путин, равно как и все адыгские кланы: Арашуковых, Деревых, Хапсироковых, Арсена Канокова (экс-глава Кабардино-Балкарии — прим. ред.). Это все очень влиятельные и богатые люди, хотя Арашуковых теперь уже не назовешь влиятельными. А в 1999 году Путин вынужден был прилететь в Черкесск, чтобы разрулить конфликт между двумя кандидатами на пост главы Карачаево-Черкесии: генералом Владимиром Семеновым и черкесским мэром Станиславом Деревом. Это было, по сути, первое серьезное политическое дело Владимира Владимировича, за которое он вынужден был взяться, как только стал и. о. премьер-министра РФ. Переговоры оказались для Путина успешными: республику, а вернее, ее воюющие кланы удалось «замирить», хотя в КЧР уже начинались вооруженные столкновения и она легко могла распасться на несколько враждующих между собой частей. Поэтому для нынешнего президента России КЧР имеет особое значение — с ней связано его первое успешное действие в качестве главы государства. Поверьте, что на фоне начинавшейся второй чеченской войны кризис в Карачаево-Черкесии выглядел крайне опасным. Массовые беспорядки внутри республики, огромное количество оружия на руках у людей, совершенно дурацкая политика генерала Семенова (тогда, кстати, я сделал для себя вывод, что генералы редко могут эффективно руководить гражданским пространством; Юнус-Бек Евкуров — исключение) и уже звучавшие выстрелы — все это могло привести по меньшей мере к еще одной гражданской войне. — К чему стремились Арашуковы в КЧР? К тому, чтобы сделать свой клан единственным правящим по примеру Рамзана Кадырова? — Я думаю, что в адыгской среде такое просто невозможно. Это всегда борьба влиятельных семей. Да и Ахмат-Хаджи Кадыров совсем не стремился сделать свой клан единственным. Я даже не думаю, что такую идею мог вынашивать его сын Рамзан. Это скорее конструкция силовиков из федерального центра. Но в адыгской среде воспроизвести эту конструкцию невозможно без большой войны. Заметьте, что в Чечне данная ситуация возникла на фоне двух жутких кровопролитных войн. Ничего подобного Карачаево-Черкесия в своей истории не знала. Это просто такая «Игра престолов» — игра родов. Рауф Арашуков совершил ошибку в такой игре, переоценил свои силы, за это и поплатился. — Водить знакомство с Арашуковыми не считали для себя зазорным не только поп-звезды, но и, как вы уже упоминали в беседе с другими СМИ, глава СК Александр Бастрыкин, который вместе с генпрокурором Чайкой лично пришел в СФ, чтобы задержать Арашукова-младшего. — Пусть Бастрыкин сам объясняет, был он или не был в гостях у Рауфа в «Адиюх-Пэласе». Но машины, сидя за рулем которых позирует глава СК, знает вся Карачаево-Черкесия. Они стоят во дворе упомянутого отеля, принадлежащего Арашукову-младшему. Может, где-то еще есть похожие коллекционные отечественные автомобили? Пусть Бастрыкин расскажет. И фон, и забор — все там узнаваемое, арашуковское. Насчет знакомства Бастрыкина и Арашукова ничего утверждать не могу — свечку не держал. Я просто сужу по опубликованным фотографиям с участием Александра Ивановича — это очень известное на Кавказе место. «ОТСЮДА ТАКОЕ КОЛИЧЕСТВО БОГАТЫХ ЛЮДЕЙ СРЕДИ ЭТОГО СРАВНИТЕЛЬНО НЕБОЛЬШОГО НАРОДА» — Что такое Карачаево-Черкесия для России? Мы много знаем о Чечне, Дагестане, о Кабардино-Балкарии или Ингушетии, но КЧР упоминается редко — настолько, что после громкого ареста Арашуковых людям пришлось объяснять, кто это такие. — На самом деле это просто волшебное место, жемчужина на карте РФ. Живописные холмы и очень красивые предгорья Кавказа в зоне Большого Карачая, волшебные кавказские курорты, плодородные черноземные земли. Потенциально это очень богатая земля. Здесь пять системообразующих народов — карачаевцы, русские, черкесы, ногайцы и абазины. Помимо этого, есть греческие, осетинские и, естественно, армянские села (куда без них на Кавказе?!). В советское время эта территория считалась очень богатой сельской провинцией Ставропольского края, затем выделилась в самостоятельную республику (в 1990 году). С тех пор во власти здесь доминируют карачаевцы (их в КЧР порядка 40 процентов), а общество построено по такому родовому, семейному принципу — по крайней мере в карачаевской, черкесской и абазинской среде. Это обычное явление для малых народов — здесь возникают влиятельные семьи и кланы. Я ничего плохого в этом не вижу — такова структура любого общества, которое связано не с современным урбанистическим пространством, а с землей. Когда люди четко знают, кто откуда происходит: кто-то из Хабеза, кто-то из Учкекена, из Карачаевска, Черкесска, Усть-Джегуты или Теберды. В этих условиях неизбежно возникают сильные семьи и действует правило, что человек, попавший во власть, обязательно должен помочь своим родственникам. Но это далеко не всегда клановый трайбализм — семьи следят друг за другом. В КЧР даже принято негласное квотирование: к примеру, глава республики — карачаевец, как правило. Когда, скажем, черкес Станислав Дерев попытался занять это место, это чуть не привело к печальным событиям, которые в свое время и предотвратил Путин. А вот премьер-министром, по негласному правилу, обычно становится черкес, на роль спикера парламента избирается русский. На федеральный уровень в Думу принято продвигать карачаевца, а в Совет Федерации — уже черкеса, каковым и является Рауф Арашуков (по матери он, кстати, абазин). Так что это очень перспективный и богатый регион с тяжелой исторической памятью. Своя историческая травма есть и у карачаевского народа, который был лишен Родины в 1943 году (НКВД осуществил принудительное выселение карачаевцев в ноябре 1943 года в Казахстан и Киргизию — прим. ред.), и у адыгского народа, который несет в себе неутихающую боль от кавказских войн XIX века... Точно так же, как и абазины, которые сегодня считаются малочисленным народом (всего в мире их насчитывается 68 тыс. — прим. ред.), а когда-то были большим. Они были либо истреблены в ходе кавказской военной кампании, которую вела царская Россия, либо ушли в Турцию (там числятся в настоящий момент до 12 тыс. абазинов — прим. ред.). Кстати, в силу этого КЧР имеет теснейшие связи с Турецкой Республикой. Благодаря не только абазинам, но и тому, что адыгская диаспора, проживающая в бывшей Блистательной Порте, значительно превышает число черкесов, живущих в Карачаево-Черкесии. И не в одной Турции, но и в Иордании, Сирии, Ираке, странах Залива. Люди уходили туда целыми семьями в 1860-е годы — соответственно, со своими родственниками в России они не виделись столетиями. Я сам знаю случаи, когда такие встречи происходили спустя несколько веков после бегства из Российской империи: семьи находят друг друга на расстоянии, встречаются и как с самыми близкими садятся за один стол. Поэтому КЧР имеет реальные человеческие связи и с Турцией, и с Иорданией, и с Ливаном, и с Израилем, и в вообще с Ближним Востоком. Это делает республику необычной, особой: практически каждый здешний род имеет родственников за границей. — Но ведь это канал для манипуляций? — Почему обязательно для манипуляций? Это же не криминальные связи, а человеческие отношения и естественное следствие истории. Все это дает в руки черкесов и абазинов уникальные возможности. В России ведь нельзя разбогатеть, если у тебя нет выхода на мировой рынок и тамошний оборот денег. Благодаря родственникам у них такие возможности появляются, отсюда такое количество очень богатых людей среди этого сравнительно небольшого народа. Арашуковы, Хапсироковы, Деревы, Айбазовы — это все связи, чаще всего диаспоральные. Такие связи в России с разной степенью интенсивности имеет только три народа: евреи, армяне и черкесы. Евреи наиболее развиты в политическом, финансовом, культурном и ментальном отношении, у них широкие космополитические взгляды. Армяне в значительной степени националисты, но внутри у них четкие диаспоральные связи. У черкесов эти связи налажены не на высоком уровне, но потенциал там есть всегда. Черкесам, кстати, в этом отношении сильно препятствует российское государство, в отличие от армян, чьи связи скорее поощряются. Это, на мой взгляд, лишь способствует конфронтации. То же массовое переселение армян в Краснодарский край очень болезненно воспринимается адыгами, считающими тамошние земли своими коренными, родовыми территориями. Но армянам это легко дается. А вот когда несколько черкесских семей во время сирийской войны хотели переселиться в Краснодарский край, российские чиновники каких только препятствий им не чинили! Рационального объяснения этому нет, кроме каких-то коррупционных связей или же фобий безымянных сотрудников силовых структур, которые могут считать, что раз армяне — христиане, то им можно, а черкесы — мусульмане, значит, им нельзя. — Целый адыгский куст есть в Сочи — несколько аулов, включая известный туристический Большой Кичмай. — Это все бывшие земли шапсугов и убыхов, истребленных практически полностью (в современной РФ численность шапсугов не превышает 4 тыс. человек — прим. ред.). Проблема не только там, но и в Анапе, и в Лермонтово, Туапсе, Горячем Ключе… Адыги это все воспринимают болезненно. Да, они смирились с результатами кавказских войн, но эти земли они все равно считают своими. И если с русскими за долгое время найден общий язык (сейчас нет никакой межнациональной розни), то, допустим, с курдами были очень серьезные проблемы в Адыгее. Или, к примеру, в Армавире и Пятигорске, двух негласных армянских столицах на Кавказе, тоже случается напряженность. Поэтому Кавказ в целом и Карачаево-Черкесия в отдельности — это очень живое пространство, где историческая память вплетена в актуальное современное сознание. Это к пониманию того, чем сегодня являются черкесы и черкесское самосознание. Есть очень укоренившиеся мифы, к примеру о Синдике как о древнем государстве адыгов. Считается, что Тьмутаракань была ее столицей. Было это государство или не было, не суть важно (мы говорим не про историю, а про мифологию), но таким именем назван холдинг Арсена Канокова. Адыги — это коренной народ Кавказа, он появился там во времена, предшествующие исторической памяти, зафиксированной в письменных источниках (древнегреческие историки именовали черкесов керкетами, согласно энциклопедии Брокгауза и Ефрона, — прим. ред.). А тюрки пришли сюда, когда у народов уже появилась письменная история. Адыги на их фоне гораздо древнее. Все, о чем я говорил выше, формирует здешнее национальное самосознание. Допустим, Каноковы считаются носителями голубой, княжеской крови. То же самое — Деревы, Хапсироковы. Арашуковы — это тоже очень благородная и достойная фамилия. Люди хранят память на столетия назад. Но это, безусловно, никак не оправдывает преступлений, совершаемых против личности и государства. Просто это очень сложное общество. Карачаево-Черкесия принципиально отличается от Дагестана и Чечни. Когда мы обобщаем самые разные республики под именем Северного Кавказа, это очень примитивно. Это то же самое, что Италию и Норвегию считать одним целым. Хотя и то и другое — Европа. Разница между КЧР и, допустим, Осетией — как между Италией и Швецией. Я до сих пор сожалею, что в России не появилось специальной академической дисциплины, которая была бы очень востребована, — этнопсихологии. Науки, изучающей самосознание народов, несущих в своей памяти исторические травмы, мифы, отношения полов, интерпретацию религий. А это было бы правильно — в стране, где живет более 190 народов, развивать такую дисциплину. Поработав какое-то время на Кавказе в сфере национальной политики, я психологически понимаю, как ведут себя представители тех или иных здешних народов в той или иной ситуации. Это связано и с языком, с его фонетикой и семантикой, и с напластованием тех фактов, которые я уже перечислял. Если будет доказано, что Рауф Арашуков действительно совершил преступления, ему инкриминируемые, это ведь не значит, что следует демонизировать весь народ. А так — адыги живут по этическому кодексу «Адыгэ хабзэ». Это сложный кодекс поведения, который актуален для них и в наше время. Да, старики твердят, что адыгская молодежь живет не по «Хабзэ», но старшее поколение так говорит всегда. — Это твердили еще со времен Гомера. «Редко подобны отцам сыновья: многие хуже, и лишь немногие — лучше», — сказано в «Одиссее». — Да, но принцип «жить по „Хабзэ“» — это тоже часть этнического и мифологического сознания. «АРАШУКОВА АРЕСТОВАЛИ НЕ КАК КАВКАЗЦА, А КАК СЕНАТОРА. ВОПРОС В ТОМ, ПОЧЕМУ ПУТИН РАСПОРЯДИЛСЯ ИМЕННО ТАК ЕГО ЗАДЕРЖАТЬ» — Какой принцип с точки зрения адыгской этики нарушил Рауф Арашуков? — Он сделал ставку на деньги, а правильный адыг должен жить по понятиям, то есть по «Хабзэ». Он должен делать ставку на честь, на достоинство, а не на свои миллиарды. 90-е годы сильно подорвали традиционное общество на Кавказе, но в идеале там всегда бедный человек мог сказать в лицо богатому: «Ты кто такой? Я тебя не уважаю». Про Рауфа говорят, что он жил не по «Хабзэ», потому что деньги использовал там, где надо использовать личный авторитет и слова убеждения. Я все время интересовался у адыгов: «Где записана ваша „Хабзэ“?» Удивительно: она не записана, но ее все знают. Это некий этический закон поведения, описывающий, как правильно держать себя со старшими, как относиться к женщине, как духовное ставить выше материального, как не превратить жизнь в бессмысленное движение к развязке. — Я вижу, что в «Хабзэ» также оговаривается презрение к смерти. — Ну презрение к смерти — это и для русского нормально. Это вообще для каждого мужчины нормально. Между прочим, народ, меньше всего боявшийся смерти и бестрепетно шедший в войнах ХХ века на пулеметы, — это русский народ. Это описывали немцы в своих воспоминаниях — о том, как русские солдаты шли по трупам своих же товарищей, отчего гитлеровцы в своих бетонных дзотах и окопах буквально сходили с ума. — Хорошо, пусть Арашуков-младший нарушил «Хабзэ», но арестовали его все-таки не за это. Откуда пришел заказ на его задержание? Почему на это все-таки решились? — Есть две версии на этот счет. Во-первых, у системы все-таки просто нет денег, а у людей, подобных Арашукову, на руках огромное количество средств. Вот таких пять экспроприаций — и можно обеспечить два годовых бюджета РФ! Большевики в свое время забирали золото у православной церкви, чтобы решить проблему голодающих, а у Кремля другая дилемма: или трясти свой ближний круг (что, наверное, невозможно), или раскулачивать тех, кто нарушает правила. Тех, кто забылся и живет, потеряв берега. Средства, похищаемые такими людьми из «Газпрома» и других государственных институтов, настолько объемны, что на них, пожалуй, могут безбедно жить десятки регионов России. Во-вторых, это, как я уже упоминал, это наглое вопиющее нарушение Рауфом Арашуковым установленных в определенном кругу правил. Здесь как во всех криминальных войнах: ничего личного, просто бизнес. Ты в жизни круто поднимался, но где-то ты ошибся — например стал придавать слишком большое значение «телкам», или полагал, что собственный внушительный арсенал оружия тебя как-то спасет, или надеялся на связи с коррумпированными силовиками, которые тебя в нужный момент прикроют. Здесь все как в фильме «Крестный отец» — тот же алгоритм того, как влиятельные люди теряют все и приводят себя к гибели. Когда они теряют чувство реальности, их противник, более умный и хладнокровный, этим мгновенно пользуется. Потому моя вторая версия относительно Рауфа сводится к тому, что он считал себя полностью защищенным и безнаказанным, при этом кому-то больно наступил на мозоль. И этот кто-то сказал: «Все, дружок, хватит». — Говорят, что Арашуков даже пытался взаимодействовать с оппозиционером Алексеем Навальным в его войне с Виктором Золотовым и финансировал Telegram-канал «Незыгарь». — Каким образом Арашуков мог взаимодействовать с Навальным? Это совершенно немыслимая история. Не надо превращать Алексея Навального в «смоляного бычка», к которому все прилипает. Я в это не верю. Относительно некоторых других бизнесменов в России я такое вполне допускаю, но Рауфу это точно было не надо и неинтересно. Что касается возможного финансирования «Незыгаря», то что в этом плохого? Разве бизнесмены и политики не имеют у нас права финансировать Telegram-каналы? Кто хочет, тот этим и занимается. Евгений Пригожин, так называемый повар Путина, спонсирует свои каналы. Это вообще не преступление — это нормальный бизнес и нормальные информационные и лоббистские игры. — Почему сенатора Арашукова задержали так громко и показательно? — Потому что это не для него делалось, это делалось для того, чтобы придать вес данному процессу, вывести его за пределы чисто кавказской ситуации. Рауфа Арашукова было легко арестовать и в его родном Хабезе, причем, кстати, гораздо более безопасно. Я очень сильно сомневаюсь в том, что Рауф стал бы отстреливаться — это просто нереально. Приехала бы группа спецопераций ФСБ по Северному Кавказу, а потом программа «Время» показала бы репортаж. Но не это было нужно. Нужны были Совет Федерации (как-никак верхняя палата парламента), присутствие генпрокурора и главы СК, присутствие всех сенаторов. Значит, вопрос не в том, зачем его так арестовали, а в том, почему Путин распорядился именно так его задержать. Понятно, что распоряжение об этом мог отдать только один человек в стране — президент РФ. Рауфа Арашукова арестовали не как кавказца, а как сенатора. Как кавказцев в свое время арестовали Саида Амирова (экс-мэра Махачкалы — прим. ред.), Зиявудина Магомедова (крупного дагестанского предпринимателя — прим. ред.). А на примере Рауфа следовало показать, что политическая система прогнила настолько, что в зале Совфеда на сенатора надевают наручники. Это показывает раздражение президента сенаторами и сенатом как таковым, а также той позицией, которую занимает в нынешней политической структуре беззубая, соглашательская верхняя палата российского парламента, которая превратилась в обычный представительский орган. — На позициях Валентины Матвиенко, третьего лица в государстве, это как-то скажется? — Пока Арашуков был при деньгах и в силе, Валентина Ивановна с ним рядом фотографировалась. Точнее, это он фотографировался — Арашуков ведь был сенатором. Что же, она ему откажет? Но все равно по авторитету Валентины Матвиенко это сильный удар. Складывается впечатление, что за всех мужчин страны Валентина Ивановна должна выходить и объяснять — про необходимость пенсионной реформы, про правомерность ареста Арашукова… И все это брать на себя. Ловко в Кремле нашли для себя «мамочку». Но я не думаю, что у Матвиенко будут какие-то ощутимые проблемы — она человек суперлояльный, ее личная судьба не под угрозой. «НЕ ИСКЛЮЧАЮ, ЧТО ДЕМАРШ ГЛАВЫ ЧЕЧНИ СТАЛ ИМПУЛЬСОМ К НАВЕДЕНИЮ ПОРЯДКА» — Кого потянет за собой дело сенатора Арашукова? Уже арестованы его отец и двоюродный брат Рауль. Взят под стражу исполнительный директор АО «Ессентукигоргаз» Алан Кятов. Фигурантами уголовного дела являются руководители энергетических предприятий СКФО Гузер Хашукаев, Николай Романов и Игорь Травинов. Список будет пополняться? — Я не знаю, кого за собой потянет это дело... об этом, наверное, позаботятся президент РФ и Бортников, но полагаю, что в «Газпроме» в связи с этим грядут серьезные подвижки и перемены. Вряд ли можно представить, что газпромовские оппоненты не воспользуются такой ситуацией. Волна может докатиться и до Газпромбанка, и до банка «Россия», который вообще-то банк с большой буквы, руководимый Юрием Ковальчуком. Интересна также информация о связях Арашукова с СК — если бы подобные сведения хотели блокировать, то сделали бы это сразу. Но на данную тему почему-то продолжают говорить. К главе Карачаево-Черкесии Рашиду Темрезову тоже наверняка есть серьезные вопросы. Это вообще может иметь очень позитивные последствия, если вдруг приведет к открытости газовых сетей и газовых расчетов — одного из главных источников криминальных и коррупционных денег в России. Неслучайно примерно за две недели до ареста Арашукова руководство Чечни фактически отказалось выплачивать долги за газ. Точнее, прокуратура Чеченской Республики со ссылкой на суд опубликовала информацию, что «Газпром межрегионгаз Грозный» должен простить жителям республики 9 миллиардов рублей долгов. Возможно, Рамзан Ахматович просто многого не озвучил публично, а следовало бы сказать, пожалуй, следующее: «Пока практикуется такая непрозрачная, криминальная система увода денег из газовых сетей, я не вижу смысла платить за этот газ. Но Чечня готова платить за газ, подобно другим регионам, если это будет адекватная, открытая система выплат, в обмен на которую станет осуществляться газификация региона, а вовсе не оплата творчества Баскова и Киркорова». Я не исключаю, что демарш главы Чечни стал толчком, импульсом к наведению порядка или же просто согласованным поводом. Возможно, «сверху» Рамзана Кадырова попросили сделать такое заявление, чтобы создать прецедент и запустить процесс Арашуковых, потому что не только на Кавказе, но и по всей стране газовые сети абсолютно непрозрачны, в силу чего являются источником увода невероятного количества денег. Считаю, что следом за газом надо разобраться со сферой ЖКХ: почему многие управляющие компании зарегистрированы в офшорных зонах? Или, к примеру, угольные компании. И вообще, принадлежит ли нам страна? Или она уже давно принадлежит иностранцам с острова Мэн или Каймановых островов? — Главе «Газпрома» Алексею Миллеру также предрекают неприятности. Буквально на днях, когда Алексей Борисович праздновал день рождения, СМИ опубликовали сведения о его квартире в Петербурге площадью 1396,3 квадратных метра и примерной стоимостью в миллиард рублей. — Я все же не думаю, что это сильно скажется на судьбе Алексея Миллера. В России никакие общественные процессы ни на что не влияют. На судьбу Миллера может повлиять только один человек. Если бы он этого хотел, то давно бы уже все сделал. Хотя, конечно, это ослабит позиции главы «Газпрома» в его неформальном конкурентном диалоге с исполнительным директором «Роснефти» Игорем Сечиным. Правда, у Игоря Ивановича сейчас тоже немало проблем — например в Венесуэле. Пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев сказал по данному поводу следующее: «Там довольно большая жопа в этой Венесуэле». Что касается уголовного дела Арашуковых, то перспективы у него огромные. Я думаю, что, прежде чем была проведена спецоперация в Совфеде, первое лицо государства изучило доказательную базу, собранную следствием. Если бы эти доказательства президента не удовлетворили, то он никогда не санкционировал бы данный процесс в таком масштабе. Перспективы уголовного дела — это, скорее всего, решенный вопрос. — Таким образом, клан Арашуковых вычеркнут из российской политической реальности? — Думаю, что на клане Арашуковых можно поставить крест... или полумесяц — кому как больше нравится. — Глава КЧР Рашид Темрезов может лишиться своего кресла в результате этого громкого процесса? — Я вспоминаю другие громкие убийства — Ислама Крымшамхалова, который был убит в 2009 году за день до своего назначения главой администрации президента КЧР. В связи с этим называют фамилию Ахмата Салпагарова, главы темрезовской администрации. Погибший Крымшамхалов был его оппонентом. В Карачаево-Черкесии в последние 15 лет кровь тоже лилась. Местные кланы друг с другом враждовали на манер «Игры престолов». Был момент, когда Рауф Арашуков открыто воевал с Рашидом Темрезовым. Потом они заключили между собой мирное соглашение. Разумеется, арест клана Арашуковых — это очень сильный удар по авторитету главы Карачаево-Черкесии. Не думаю, что после этого Рашид Бориспиевич долго просидит на своем месте. Тем более что ФСБ уже проводила обыски в республиканском минфине. В целом я считаю, что процесс Арашуковых знаменует собой позитивные перемены. Богатым человеком у нас быть не запрещено, но им надо быть, осуществляя определенную социальную миссию и лояльную экономическую деятельность. Вот к Арсену Канокову нет же серьезных претензий. Арест Арашуковых — это сигнал о том, что 2000-е годы следом за 90-ми уходят в прошлое. Разгром дагестанского клана Магомедовых и других тамошних коррупционеров, разгром Арашуковых… Это говорит о том, что неприкасаемых на Кавказе больше вообще нет. Их нет и по всей стране. Аресты главы Республики Коми Вячеслава Гейзера, главы Марий Эл Леонида Маркелова, министра экономического развития Алексея Улюкаева, губернатора Сахалинской области Александра Хорошавина… Это тоже были довольно серьезные фигуры. Но с ними покончили, что называется, одним щелчком.   https://m.business-gazeta.ru/article/411992