На пути к диалогу – ответ дагестанского историка представителю организации "Аух"

  Вопросы, связанные с проблемой переселения лакского населения Новолакского района на новое место и восстановления прав ауховского населения, продолжают вызывать полемику в сети, в том числе и на уровне экспертов, которые на регулярной основе производят обмен обращениями, комментариями и ответами. В частности, сайт РИА «Дербент» стал ареной заочной дискуссии члена Исполкома ДРОО «АУХ» Адама Мачаева (на фото справа) и кандидата исторических наук, председателя Дагестанского историко-географического общества Зураба Гаджиева (на фото слева). Представляем вашему вниманию ответ Зураба Гаджиева на последний комментарий Адама Мачаева. Историк пояснил, что задержался с ответом из-за того, что не желал «будоражить единоверцев со всех заинтересованных сторон в месяц Рамадан». Ниже приводим текст Зураба Гаджиева. * * * Вместе с тем, как оказалось, в те же самые дни по мотивам последнего комментария Мачаева на YouTube был залит видеоролик с кричащим заголовком: «Чей же Аух?» и подписанный как «Обращение к Кадырову и Меликову?». Хотя, по сути, обращались там в основном ко мне, неоднократно называя по имени и с регалиями, демонстрируя моё фото вперемежку с фотографиями врио Главы Дагестана Сергея Меликова, Главы Чечни Рамзана Кадырова и прочих руководителей ЧР, фамилии которых тут не важны, потому что никак не связаны с содержанием самого ролика и его общим посылом, дословно передававшим заявление Мачаева. Поэтому мой ответ адресован официальному первоисточнику, а не анонимным YouTube-блогерам. Позитивные достижения И прежде всего мне бы хотелось отметить то позитивное, что я обнаружил в послании уважаемого представителя общественной организации. Во-первых, как достижение надо отметить вообще, что мы научились друг друга слышать и вести диалог, что называется в парламентских выражениях. В частности, Адам Мачаев признал профессиональные качества и уровень моих историко-правовых познаний. Он также поприветствовал мою инициативу «принять участие в выработке конкретных инструментов по повышению доверия между представителями заинтересованных групп». И со своей стороны заверил, что «мы в свою очередь также выражаем свое согласие и готовность к совместной работе в этом направлении». Не ускользнуло от его внимания и то, что я «большую часть своего интервью практически по всем пунктам соглашался» с необходимостью «восстановления прав репрессированных», что Мачаев также поприветствовал. Во-вторых, мы определились с базовыми принципами для дальнейшего диалога и возможной работы. Это, прежде всего, конституционное право депортированных на реабилитацию, закреплённое в Законе «О реабилитации репрессированных народов» от 26 апреля 1991 года, а также отсутствие у них сепаратистских стремлений в отношении Дагестана, которые Адам Мачаев назвал «надуманными», заявив «что это невозможно представить в принципе» и призвал «прекратить все спекуляции на эту тему». В-третьих, не могу не поприветствовать то, что он официально отрёкся от деструктивных элементов, злоупотребляющих сетью Интернет для провокаций, направленных на разжигание розни между народами, мирно живущих бок о бок в нашей республике. «Представляя единственную общественную организацию», занимающуюся «этими вопросами» и обладающую своими официальными печатными органами и не анонимными «ответственными лицами» в интернете и СМИ, Адам Мачаев ответственно заявил, что «все остальные публикации на эту тему не являются официальным отражением позиции» ауховцев, и заявления «разных групп и интересантов, неведомо кого представляющих и неизвестно какие цели преследующих, не являются прямым представительством чеченцев в данном сегменте», а «паблики, разжигающие межнациональную рознь и смуту, тем более заявляющие к Дагестану территориальные претензии и круглосуточно поливающие грязью дагестанцев» - «не имеют к чеченцам Дагестана никакого отношения». И наконец, главная конструктивная мысль Мачаева, которую хотелось бы отметить особо – он заявил: «мы прекрасно осознаем, что только следуя духу и букве Закона мы сможем добиться полной реабилитации нашего народа», «и мы смогли бы с полной уверенностью сказать в назидание нашим потомкам, что мир и согласие между народами нашей многонациональной республики являются основой процветания и развития нашего родного Дагестана», а ауховцы «являясь одним из официально признанных коренных народов нашей республики, несут такую же ответственность за будущее нашей общей для всех Родины – единого и неделимого Дагестана». – rfr Недопонимание и упрёки Вместе с тем не обошлось без недопонимания и упрёков, на которые мы не можем не выступить с разъяснением. В частности, Мачаев приписывает мне «своеобразный менторский тон», что в отношении печатного текста, в принципе, является чистой фантазией. И столь же надуманно, по сути, обвиняет, в «очевидной ангажированности частью ингушской интеллигенции, вставшей на путь открытого искажения нашей общей истории и в своём рвении переходящей все существующие рамки приличия и границы дозволенного». Ангажировать меня способен только я сам, т.е. мои принципы, знания, убеждения, результаты исследований. И только это, а не внешняя мотивация или стремление кому-то понравиться, играют для меня роль. Во всех случаях я высказывался в поддержку той стороны, на чьей была правда и историческая справедливость, кем бы они ни были – ингушами, чеченцами, азербайджанцами, лакцами или аварцами. И случай с дорожным знаком под Кизляром, повлекший 2 года назад известный инцидент – тому лучшее доказательство. Когда я, будучи экспертом Республиканской комиссии по уточнению границ, досконально изучив проблематику, первым выступил с разъяснениями что он установлен на отрезке действительно принадлежащем ЧР, приложил собственноручно размеченную карту и призвал не трогать этот знак. За что получил волну возмущенных комментариев и телефонных звонков, от тех, кто тем же вечером его всё же снёс. И тогда к моим словам в своём обращении к дагестанцам апеллировал даже глава соседней республики, по ошибке назвав меня даже «главой Комиссии». Кто же эта «часть ингушской интеллигенции», в чём заключается с их стороны «искажение нашей общей истории», где она перешла «рамки приличия», и кем эти самые «границы дозволенного» установлены, мне поистине неизвестно. При этом, продолжая углубляться в конспирологию и довольно бесцеремонно расценивая чужие права, Мачаев объявляет, что «пункт о компенсации [уже покинувшим район лакцам] является лишь удобным инструментом для умышленного затягивания данного вопроса и средством достижения иных, не афишируемых целей». Позабыв о мудрости – «если хочешь чтоб уважали твои права, научись уважать чужие». Иными словами если мы добиваемся исполнения Закона, то он должен реализовываться не односторонне, и не выборочно, а в полной мере в соответствии с каждой буквой Закона, ибо восстановление прав одних, не должно порождать со стороны государства попрание прав других граждан, ведь «на одной ноге не ходят!». Также Мачаев упрекает меня за замечание, сделанное депутату Госдумы Бувайсару Сайтиеву, не упомянувшему о том, что в 3-х селах полностью возвращено население и даже прежние названия. По его словам, это «самые маленькие села в районе, в которых всего проживает 3 373 человек» (по нашим данным 3 987), что по его арифметике «составляет 8% от числа всех жителей района». Однако это явное лукавство, потому что de facto районов уже давно 2 – возле Махачкалы куда уже переехало 80% лакского населения, и возле Хасавюрта – со смешанным населением, и хотя официальная статистика отражает формальные демографические показатели по району в целом, как по юридически единому, т.е. «двойное население», на самом деле реальное процентное соотношение на местах, а стало быть и удельный % этих маленьких сел в самом маленьком районе, должен быть раза в 2 выше, а земли этих сёл составляют не менее 20% площади района. Да и сколько бы не было – важен сам факт, что их вернули. И они не единственные. В 6 других смешанных селах тоже живёт не меньшее количество возвратившихся. Значит, за 30 лет всё же есть динамика, которая в выступлениях практически игнорировалась. А большими эти сёла станут или останутся маленькими, зависит уже только от динамики размножения местных жителей. Затем А. Мачаев задаётся вопросом, «единственное, что мне непонятно, о каких многочисленных просьбах чеченских блогеров заняться Ауховским вопросом идет речь, кого они представляют?». Мне тоже неизвестно, кого они представляют, но мне хорошо известно, что за  последние годы буквально под любой моей публикацией в СМИ, на YouTube или в соцсетях, даже под публикациями, никак не связанными с политикой, историей или Кавказом, сразу же набегают комментаторы, чьи логины и содержание страниц не оставляют сомнений в их принадлежности. Без внимания этого тревожного контингента не остаются ни мудрая цитата какого-либо ученого на отвлечённую тему, ни интервью про Карабах, ни фото с мемориала жертвам депортации в Ингушетии. Так что, судя по их многолетней настойчивости, кого-то они всё-таки представляют, кем-то направляемы или ангажированы. Вот я и решил, раз люди очень просят, то надо пойти им на встречу, и вплотную занялся этим вопросом. Далее Мачаев бросает вызов, заявив, что «с самого начала чеченцы Дагестана … ни на шаг не отходили от норм и положений действующего законодательства нашего государства, и нет такого прецедента, чтобы мы отступили от этой линии. Если у второй стороны есть такие факты, пусть приводят». Я, конечно, далёк от мысли о выдвижении каких-либо «обвинений» в адрес целой этно-территориальной группы (это был бы экстремизм), сам бы эту тему никогда не поднял, и ни в чём не обвиняю конкретную общественную организацию, глубоко сочувствуя трагическому общественно-политическому кризису, в котором оказался чеченский народ в 90-е годы. Но раз Мачаев так самоуверенно и хлестко вопрошает, то на вскидку, не вдаваясь в подробности, «с самого начала» можно вспомнить произошедшие вокруг района самые разные инциденты, – от вывешивания в разных местах ичкерийской символики (щитов и флагов) до попыток участия в ичкерийских выборах, от препятствования продвижению федеральных войск со стороны Дагестана (которые так и не прошли) и похищения отдельных военнослужащих, позже обнаруживавшихся в плену в Грозном, до известных событий 99-го года. А у органов госбезопасности на сей счёт своя более подробная (в том числе, пока закрытая) информация, очевидно и обусловившая замедление государством процесса переселения в период 1995-2009 гг. во избежание расползания тревожных явлений из ЧР на смежные территории. В любом случае причиной тому было отнюдь не выезжающее население. Но, не расставаясь с конспирологическими подозрениями, Адам Мачаев заявляет, что якобы «видит подмену слова чеченцы» на якобы «незнакомое большинству жителей республики «аккинцы, аккинский вопрос» и т.п.». Хотя мы всю жизнь знали их под этим названием (причем самоназванием), отраженным практически во всех печатных изданиях последних 30 и даже 200 лет. Он намекает, что «посвященные люди знают, в чём здесь причина и чьи интересы при этом преследуются», и ему, якобы, известны «истинные причины этой умело разыгрываемой комбинации». По его версии, они «никак не могут быть выделены в отдельную этническую группу» и, прибегая к древнему иранскому термину тухум (хорошо известному в Дагестане, Иране и Армении, как круг родни по отцу), использует его в кочевом бурято-монгольском значении, как некую «территориальную единицу/область», утверждая, что на самом деле «аккинцы являются лишь одним из многочисленных тукхумов, входящих в единую структуру чеченских тейпов». Хотя, насколько известно, согласно разработанной ещё известным чеченским поэтом и писателем М.А. Мамакаевым (1910-1973 гг.) системе «тукхумного» общественного устройства, тейпы входят в тукхумы, а не наоборот. Наконец, он взялся парировать, адресованный депутату Бувайсару Сайтиеву итоговый тезис нашего обращения о том, что «попытки предопределить, в том числе путём недобросовестного продвижения в федеральных органах государственной власти вопросов принятия хозяйственных и управленческих решений, о судьбах наших народов есть незаконная подмена предусмотренных Конституцией РФ для этих целей конституционно-правовых институтов и механизмов, которая может повлечь за собой крайне опасные политические и иные последствия!». Адам Мачаев, очевидно не зная содержания документов, которые за спиной их организации рассылаются из-под руки депутата по федеральным органам (хотя они были в нашем обращении упомянуты), опрометчиво взялся его защищать, заявив, о «голословности» таких утверждений, якобы «не имеющих под собой никаких оснований», дополнительно упрекнув в «ловком приписывании всемирно известному заслуженному человеку того, чего он не говорил» и попытках «увести проблему в межнациональную плоскость». В этих обстоятельствах, нам просто не остаётся иного выбора, как вопреки собственному желанию всё-таки обнародовать соответствующие цитаты из письма Бувайсара Сайтиева в Администрацию Президента РФ на имя полпреда в СКФО Александра Матовникова от 26 сентября 2018 г. № СБХ – 4/447, с историческим приложением на 7 листах. Явно нагнетая обстановку и переводя её именно в плоскость межнациональных отношений, реалии которых представлены в заведомо превратном свете, письмо гласит: «В Республике Дагестан проживают более 24 национальностей и народностей. Среди них наиболее многочисленные - аварцы, лакцы и чеченцы, - вот уже на протяжении более 27 лет находятся в противостоянии… Все это держит в напряжении северо-восточный Дагестан. Этот вопрос особенно актуален сегодня на фоне конфликта между кабардинцами и балкарцами, который показал, как локальный конфликт в СКФО в любой момент может приобрести форму межнационального противостояния. …направляю в Ваш адрес справку по затронутому вопросу, а также ряд предложений по его решению. Приложение на 7 листах». (И кстати депутат в письме активно оперирует термином «аккинцы»). В целом же письмо содержало немало грубых ошибок и заведомо ложной информации (особенно в исторической части), какую не пристало направлять уважаемому адресату на государственном уровне. И уж совсем курьезно смотрятся утверждения, что лакцы и чеченцы, даже вместе не составляющие 10% населения, якобы являются «наиболее многочисленными» народами Дагестана, и что обсуждаемый участок относится к «северо-восточному Дагестану». Если бы депутат не продолжал второй год отмалчиваться, прикрываясь сторонниками, обвинившими нас в «голословности», а своевременно вышел на контакт и пояснил за письмо, мы бы конечно не стали афишировать эти неприглядные эпизоды. Подводя итоги Но всё же необходимо признать, что на пути к диалогу позитивных достижений в нашем активе гораздо больше, чем недопонимания, и первое гораздо существеннее второго. В связи с чем хотелось бы ещё раз высказать свою приверженность достигнутым «базовым принципам» на основе утверждения указанных выше конституционных прав граждан и отрицания сепаратизма. Остальное может являться предметом обсуждения между заинтересованными сторонами. Что касается непосредственно публичного обсуждения, необходимого, прежде чем переходить к претворению конструктивных инициатив встретивших обоюдное понимание, предлагаем провести его летом сего года (возможно, потребуется серия встреч), предварительно подготовив с обеих сторон соответствующие справки исторического и правового характера. Дабы вести обсуждение не «на пальцах», а начав рассмотрение от самых истоков, поэтапно проследив формирование данной проблематики и определив круг вводных, подтвержденных документально и не вызывающих разногласий ни одной из сторон. Главными критериями в этом вопросе могут выступать лишь архивные документы, имеющаяся фактическая база и историческая справедливость. Для чего возможно привлечение к работе представителей министерств, ведомств, общественных и научных учреждений, муниципалитетов, а также депутатов всех уровней, способных подтвердить или опровергнуть результаты двусторонней работы по имеющимся историческим и правовым аспектам. Вероятно, выявленные в ходе совместного рассмотрения «слепые зоны», по которым не найдётся однозначного понимания, потребуют дополнительного исследования. В любом случае мы приблизимся к истине и разрешению имеющихся проблем. Место и время согласуем ближе к встрече (как вариант предлагаю обратиться за содействием в организации такой площадки к живущим поблизости нашим братьям кумыкам). Депутат Бувайсар Сайтиев, актуализировавший нашу инициативу, тоже может поприсутствовать, если на излёте полномочий не утратил интерес к этому вопросу.