НОВОСТЬ
На Сулаке неспокойно
В июне этого года в посёлке Сулак прошёл сход жителей, на котором присутствовало руководство посёлка и представители Кировской администрации города Махачкалы.
Причиной схода стал трагический случай, произошедший в мае недалеко от посёлка, когда по вине местных пограничников в ДТП погиб местный житель, а также земельный вопрос, приведший к отсутствию у сулакцев земли под животноводство. Об этих и других проблемах мы поговорили с жителями посёлка по приезду в Сулак в конце июня.
Рыбная лихорадка
Сулак – посёлок городского типа в составе администрации города Махачкала, он расположен в 40 километрах от столицы республики. Посёлок имеет пёстрый национальный состав, но больше половины населения составляют ногайцы. Благодаря своему географическому расположению и давней истории, Сулак является крупнейшим центром рыболовства в Дагестане, в посёлке работают несколько рыбодобывающих фирм, в эти же окрестности любят ездить и рыбаки из Махачкалы.
Ни для кого не секрет, что браконьерство – это одна из характерных проблем рыболовства в России, это касается и Дагестана. Из-за международной несогласованности по морским границам Каспия большая часть каспийского побережья Дагестана охраняется пограничной службой, по этой причине рядом с посёлком Сулак расположен ряд пограничных постов.
Это нередко приводит к проблемам для местных жителей, недоверие и непонимание приводит и к конфликтным ситуациям. Так, в сентябре 2018 года на трассе возле посёлка Сулак произошло ДТП с участием начальника одного из пограничных постов и двумя жителями посёлка Сулак. Как нам рассказали жители посёлка, авария произошла поздним вечером недалеко от посёлка. На служебной машине пограничников марки УАЗ, на крыше которой поперёк лежали доски, ехал старший группы наряда пограничной заставы Саид Саидов, за рулём был его подчинённый. Доски оказались настолько длинными, что проезжавшие на мотоцикле два жителя Сулака ударились головами об эти доски. Водитель мотоцикла погиб моментально, удар пришёлся по голове, пассажир (сын мотоциклиста) был госпитализирован с множеством увечий.
Возможно, этот инцидент не стал бы таким болезненным для посёлка, если бы не попытка сделать виновным в ДТП водителя мотоцикла и попытки скрыть реальные причины трагедии. Сказывалось и то, что виновными в ДТП оказались те, с кем у сулакцев непростые отношения.
История повторилась в мае 2019 года. Опять мотоцикл и опять служебная машина пограничников на трассе. На этот раз причиной ДТП стала попытка пограничников перерезать дорогу мотоциклисту из посёлка Сулак. Начальник пограничной заставы посёлка Сулак Денис Ромкин заподозрил, что в люльке мотоцикла может быть незаконно выловленная рыба и потому приказал своему подчинённому-водителю прижать мотоциклиста к обочине. Вместо задуманного мотоцикл от тарана машиной перевернулся, мотоциклист погиб, пассажир мотоцикла сломал ногу, рыбы не оказалось, «погибший даже не был рыболовом, а занимался овцеводством», - уточнили наши собеседники. Этот инцидент с повторным участием пограничников и стал последней каплей в чаше терпения сулакцев, на сходе жители требовали правосудия над виновными.
После стараний жителей добиться расследования, Дениса Ромкина перевели на другую заставу, а следствие ведётся по водителю.
Рыбный бизнес в целом является проблемной темой для Сулака и майское ДТП – это следствие непростых отношений власти с одной стороны и местного населения и бизнеса с другой.
Как рассказали РИА «Дербент», местные рыбаки, с 2009 года Министерством природных ресурсов были установлены квоты на ловлю рыбы на Каспии: из перечня рыб (в которую входят такие рыбы как сазан, судак, лещ, сом, щука и др.), для рыбодобывающих фирм Сулакской зоны отсутствует квота на ловлю судака. Однако именно судака, со слов собеседников, больше всего в Сулакской зоне, а его ловля сетями оказалась вне закона. Собеседники посетовали и на низкие квоты рыболовли местным фирмам, что подстёгивает рыбаков на браконьерство, «из-за несправедливых условий труда около 250 жителей нашего посёлка уже уехали заниматься привычным для них рыбным промыслом на Дальний восток».
Такие правила рыболовства, по замечанию наших собеседников, не способствуют ни искоренению браконьерства и обелению рыбного бизнеса, ни искоренению «крышевания» этого самого браконьерства.
«Как в резервации»
Другой проблемой, озвученной на сходе жителей Сулака, является земельный вопрос. В ходе передела земель районными администрациями, земли поселковой администрации Сулака оказались зажаты в пределах окрестностей посёлка. На юге Сулак граничит с дачными землями, на западе образовалось двоевластие Кировского района Махачкалы и Кумторкалинского района, а на северо-востоке – камыши и пограничная зона.
Оставался свободным участок к северу от посёлка, который использовался сулакцами для выпаса скота. Пока этот участок площадью 375 гектаров не взяли на долгосрочную аренду жители посёлка - семья Меджидовых. Проблемы начались в этом году, когда арендатор Магомед Меджидов начал запрещать сулакцам пасти скотину на его территории, что создало новое социальное напряжение.
«Эта земля у нас ни кем раньше не оформлялась, но все ею пользовались на общих началах, никто на неё не претендовал. Теперь он пытается натравить на нас, недовольных его решением, правоохранительные органы, хотя полиции следовало бы задержать его», - рассказал нам Казбек Байтувганов, председатель общественного совета посёлка Сулак.
По иронии судьбы, ситуация отдалённо напомнила сулакцам проблему земляков Ногайского района. Арендованная земля по статусу являлась землёй сельского поселения Сулак, т.е. муниципальная собственность, тогда как арендатор получил эту землю в аренду у Минимущества, как землю отгонного животноводства (ЗОЖ), что, по словам наших собеседников из администрации посёлка Сулак, юридически было невозможно.
По словам Байтувганова, их житель находится в федеральном розыске, но удивительным для всех образом ему удается скрываться в Сулаке от правосудия и сам житель не боится обращаться с жалобами в МВД на выпас скота односельчанами на его арендуемой территории.
Но нельзя сказать, что сулакцам никто и никогда не пытался помочь в земельном вопросе. В 1995 году из-за подтопления посёлка жителям прибрежных домов были выделены участки под новое село Новые Планы к западу от посёлка Сулак. Но и эта помощь не была доведена до логического конца. В селе, по словам местных жителей, поставили подстанцию, но электрические столбы так и не установили. Несколько столбов были поставлены за счёт личных средств, но электропитание к столбам провели не от подстанции, а от высоковольтных линий вдоль федеральной трассы.
Коллизия заключается и в статусе посёлка. Созданное, как предполагалось, на территории Кировского района Махачкалы, по кадастровому номеру участок стал относиться к Бабаюртовскому району, а платить за коммунальные услуги жителям приходится как прописанным в Махачкале. Село по этой причине тоже до сих пор не завершило процедуру регистрации, а у переселенцев до сих пор нет зелёнки на свои участки. Здесь переселенцы Сулака тоже столкнулись с земельным вопросом.
В 2018 году для жителей Нового Планы стало новостью, что солидная часть земли села с 2016 года оформлена на трех частных владельцев, не имеющих никакого отношения к Сулаку и Новому Планы, а получили правоустанавливающие документы в Бабаюртовском районе. Таким образом, большая часть домов села оказались на «чужой» территории. Как это получилось и как разрешить спор с новыми владельцами села никто пока не знает.
На крючке у Махачкалы
Объезжая посёлок и общаясь с местными людьми, нам трудно было не заметить другую проблему поселкового масштаба. Посёлок, посреди которого проходит река Сулак, соединён одним единственным мостом, построенным 50 лет назад, но и тот с середины июня 2019 года закрыт из-за аварийного состояния, из-за этого поход на другой берег на автомобиле проходит в объезд посёлка через сулакский пост ГАИ.
Мост удивил нас, неискушённых горожан, своим состоянием. Не из бетона или асфальта, а из деревянных досок и не ровный, а волнообразный, местами доски прогнили, местами образовались дыры, в которые по ширине пролезут обе ноги взрослого человека, что наглядно продемонстрировал нам один из жителей.
Идти по такому мосту было немного страшновато, не отпускал страх, что под нашими ногами может сломаться одна из досок, но местные жители привыкли, хотя наши опасения разделяли. Привыкли от безысходности, пока что без жертв, но одной ногой многие проваливались. По этому мосту ходят и дети в школу, и старики в больницу и в гости к родственникам. По этому же мосту проходят и две трубы – газовая и водная. Какой коллапс и локальная катастрофа произойдут в случае обрушения моста можно представить. Из любопытства мы решили осмотреть мост и снизу, к нашему везению рядом проплывавшие рыбаки согласились прокатить нас на своей лодке.
[caption id="attachment_138676" align="aligncenter" width="699"]
Основание сулакского моста[/caption]
Истинную серьёзность аварийности моста мы оценили, осматривая его снизу. Сорванные ригеля, опорные столбы, которые разъела ржавчина, погнувшиеся балки. Глядя на такое, было трудно не войти в положение поселковой администрации, которая вопреки недовольству жителей закрыла мост для автомобилей.
Когда мы пришли домой к одному из членов инициативной группы посёлка, во дворе его дома на берегу реки мы увидели депутата Народного собрания от посёлка Сулак Марата Алиярова, который как раз обсуждал проблему моста с местным активом. Сам Алияров рассказал нам, что проблема моста осложняется вопросом целесообразности его ремонта, который необходимо установить экспертам, также неизвестно на балансе какого ведомства находится мост.
«Мы видим, что мост не просто нуждается в ремонте, сами сваи и подпорки моста настолько заржавели, что возможно нет смысла его ремонтировать, в этом случае придется строить новый мост. С другой стороны, я, на данный момент, даже не знаю к кому мне обращаться для разрешения проблемы, т.к. неизвестен владелец моста», - отметил Алияров.
По окончанию разговора Алияров пообещал инициативной группе сулакцев в дальнейшем сопровождать решение проблемы с мостом.
Вникая в клубок проблем Сулака, нас удивляло ещё и то, что эта проблема не какого-то труднодоступного горного села, это всё происходит в 40 километрах от Махачкалы, в посёлке который проходит рядом с федеральной трассой и представляет собой один из центров дагестанского бизнеса с населением по разным оценкам в 8-10 тысяч человек. Как ни странно и удивительно, но в этом посёлке не оказалось и родильного дома, на отсутствие которого сетовали нам местные жители. Не то чтобы его здесь никогда не было, роддом в Сулаке был в советское время при населении вдвое меньше нынешнего.
Проблема и с приёмом к врачам узкой специализации в поликлинике, которые приезжают в посёлок из Махачкалы по одному разу в неделю на несколько часов, несмотря на очереди больных. Отсюда проистекает и другая проблема – по ряду проблем со здоровьем сулакцам приходится ложиться в Махачкале и даже для госпитализации приходится вызывать «Скорую» из Махачкалы. Не то, чтобы у поселковой больницы не было своей скорой, несколько лет назад городская администрация предоставляла больнице служебную машину. Но из-за недостатка оснащения машины и снабжения топливом она простаивала, после чего машину пришлось вернуть администрации города.
Как ни странно, но у посёлка 18 лет существует проблема и с водоснабжением. Как рассказал нам местный житель Павел Астафуров, с 2001 года, после прорыва дамбы для отстаивания воды реки Акташ, речная вода стала непригодной для питья.
«Насосы на Сулаке не работают: моментально выходят из строя сальники, идёт один ил. Из-за ила в акташской воде нам приходится отстаивать в бассейне, но там знаете, сколько ила на дне потом остаётся? Мы участвовали на совещании, которое организовал Карачаев (министр природных ресурсов – прим. РИА «Дербент»), нам сказали, чтобы восстановить водохранилище (выкопать, почистить) нужно 1,7 млрд рублей, а чтобы выкопать новый, нужно 2,7 млрд. рублей, сказали, что легче поменять русло реки Акташ.
Как только Акташ высыхает, в реку КамАЗами высыпают мусор, а как идут дожди – весь этот мусор проплывает мимо моего дома», - отметил Астафуров.
По словам Павла, несмотря на непригодность вод, жители Сулака платят за неё, «но если вода не пригодна для питья, разве по закону мы должны за неё платить?», - заметил наш собеседник.
Наконец, последняя проблема, о которой нам рассказали, - опустынивание окрестностей посёлка. Но вместо восстановления почвы от эрозии, на месте оказались предприимчивые добыватели песка. Теперь справа от дороги в посёлок виднеется песчаный карьер, растянувшийся до самого горизонта.
«Обычно мы отправляли сюда скот на выпас, а теперь здесь всё разрыли. Бывало, что во время дождей коровы падали в карьеры из-за размытия обрывов, животные тонули и погибали», - посетовал нам сулакец по имени Рустам.
По словам сулакцев, добыватели песка стали добывать песок не из пустыни, а снимая верхний слой земли. То есть внесли и свой вклад в опустынивание территории.
Наши собеседники выразили опасение, что песочные бизнесмены в будущем могут перейти и на другую сторону дороги в посёлок, где выпас скота пока что безопасен. В администрации посёлка на наш вопрос об этих карьерах ответили, что по их информации, этот бизнес никак не зарегистрирован.
Такой вот посёлок, территориально зажатый и не способный по нынешним правилам сохранять и развивать рыбный бизнес и животноводство, со временем только обрастает проблемами. Это недовольство напомнило о себе и 5 июля на повторном сходе жителей посёлка. В отличие от июньского схода, вопросы уже не ограничивались землёй и поведением пограничников. С другой стороны, на сходе были уже заместители различных министров: имущества, природных ресурсов, а также представители пограничного управления, Росрыболовства, УЖКХ города и замглавы города Махачкала Запир Алхасов.
После того схода по инициативе главы администрации главы и правительства РД Владимира Иванова прошло собрание по формированию комиссии, которая должна будет решить вопрос восстановления моста. В эту комиссию включили и главу посёлка Сулак Бадрудина Суюндукова, хотя фактически глава посёлка пока что не участвовал в мероприятиях комиссии. В решении создать комиссию предполагалось включить и актив посёлка, но никаких приглашений и уведомлений инициативная группа посёлка на этот счёт не получала.
Тем не менее, уже прошла предварительная экспертиза моста, которая постановила, что ремонт моста обойдётся в ту же сумму, что и строительство нового моста. По словам главы посёлка Бадрудина Суюндукова, при отсутствии владельца моста по формальной процедуре должен пройти год объявления по поиску владельца, прежде чем будет определяться новый балансодержатель.
И это – только одна из проблем Сулака.
История повторилась в мае 2019 года. Опять мотоцикл и опять служебная машина пограничников на трассе. На этот раз причиной ДТП стала попытка пограничников перерезать дорогу мотоциклисту из посёлка Сулак. Начальник пограничной заставы посёлка Сулак Денис Ромкин заподозрил, что в люльке мотоцикла может быть незаконно выловленная рыба и потому приказал своему подчинённому-водителю прижать мотоциклиста к обочине. Вместо задуманного мотоцикл от тарана машиной перевернулся, мотоциклист погиб, пассажир мотоцикла сломал ногу, рыбы не оказалось, «погибший даже не был рыболовом, а занимался овцеводством», - уточнили наши собеседники. Этот инцидент с повторным участием пограничников и стал последней каплей в чаше терпения сулакцев, на сходе жители требовали правосудия над виновными.
После стараний жителей добиться расследования, Дениса Ромкина перевели на другую заставу, а следствие ведётся по водителю.
Рыбный бизнес в целом является проблемной темой для Сулака и майское ДТП – это следствие непростых отношений власти с одной стороны и местного населения и бизнеса с другой.
Как рассказали РИА «Дербент», местные рыбаки, с 2009 года Министерством природных ресурсов были установлены квоты на ловлю рыбы на Каспии: из перечня рыб (в которую входят такие рыбы как сазан, судак, лещ, сом, щука и др.), для рыбодобывающих фирм Сулакской зоны отсутствует квота на ловлю судака. Однако именно судака, со слов собеседников, больше всего в Сулакской зоне, а его ловля сетями оказалась вне закона. Собеседники посетовали и на низкие квоты рыболовли местным фирмам, что подстёгивает рыбаков на браконьерство, «из-за несправедливых условий труда около 250 жителей нашего посёлка уже уехали заниматься привычным для них рыбным промыслом на Дальний восток».
Такие правила рыболовства, по замечанию наших собеседников, не способствуют ни искоренению браконьерства и обелению рыбного бизнеса, ни искоренению «крышевания» этого самого браконьерства.
«Как в резервации»
Другой проблемой, озвученной на сходе жителей Сулака, является земельный вопрос. В ходе передела земель районными администрациями, земли поселковой администрации Сулака оказались зажаты в пределах окрестностей посёлка. На юге Сулак граничит с дачными землями, на западе образовалось двоевластие Кировского района Махачкалы и Кумторкалинского района, а на северо-востоке – камыши и пограничная зона.
Оставался свободным участок к северу от посёлка, который использовался сулакцами для выпаса скота. Пока этот участок площадью 375 гектаров не взяли на долгосрочную аренду жители посёлка - семья Меджидовых. Проблемы начались в этом году, когда арендатор Магомед Меджидов начал запрещать сулакцам пасти скотину на его территории, что создало новое социальное напряжение.
«Эта земля у нас ни кем раньше не оформлялась, но все ею пользовались на общих началах, никто на неё не претендовал. Теперь он пытается натравить на нас, недовольных его решением, правоохранительные органы, хотя полиции следовало бы задержать его», - рассказал нам Казбек Байтувганов, председатель общественного совета посёлка Сулак.
По иронии судьбы, ситуация отдалённо напомнила сулакцам проблему земляков Ногайского района. Арендованная земля по статусу являлась землёй сельского поселения Сулак, т.е. муниципальная собственность, тогда как арендатор получил эту землю в аренду у Минимущества, как землю отгонного животноводства (ЗОЖ), что, по словам наших собеседников из администрации посёлка Сулак, юридически было невозможно.
По словам Байтувганова, их житель находится в федеральном розыске, но удивительным для всех образом ему удается скрываться в Сулаке от правосудия и сам житель не боится обращаться с жалобами в МВД на выпас скота односельчанами на его арендуемой территории.
Но нельзя сказать, что сулакцам никто и никогда не пытался помочь в земельном вопросе. В 1995 году из-за подтопления посёлка жителям прибрежных домов были выделены участки под новое село Новые Планы к западу от посёлка Сулак. Но и эта помощь не была доведена до логического конца. В селе, по словам местных жителей, поставили подстанцию, но электрические столбы так и не установили. Несколько столбов были поставлены за счёт личных средств, но электропитание к столбам провели не от подстанции, а от высоковольтных линий вдоль федеральной трассы.
Коллизия заключается и в статусе посёлка. Созданное, как предполагалось, на территории Кировского района Махачкалы, по кадастровому номеру участок стал относиться к Бабаюртовскому району, а платить за коммунальные услуги жителям приходится как прописанным в Махачкале. Село по этой причине тоже до сих пор не завершило процедуру регистрации, а у переселенцев до сих пор нет зелёнки на свои участки. Здесь переселенцы Сулака тоже столкнулись с земельным вопросом.
В 2018 году для жителей Нового Планы стало новостью, что солидная часть земли села с 2016 года оформлена на трех частных владельцев, не имеющих никакого отношения к Сулаку и Новому Планы, а получили правоустанавливающие документы в Бабаюртовском районе. Таким образом, большая часть домов села оказались на «чужой» территории. Как это получилось и как разрешить спор с новыми владельцами села никто пока не знает.
На крючке у Махачкалы
Объезжая посёлок и общаясь с местными людьми, нам трудно было не заметить другую проблему поселкового масштаба. Посёлок, посреди которого проходит река Сулак, соединён одним единственным мостом, построенным 50 лет назад, но и тот с середины июня 2019 года закрыт из-за аварийного состояния, из-за этого поход на другой берег на автомобиле проходит в объезд посёлка через сулакский пост ГАИ.
Мост удивил нас, неискушённых горожан, своим состоянием. Не из бетона или асфальта, а из деревянных досок и не ровный, а волнообразный, местами доски прогнили, местами образовались дыры, в которые по ширине пролезут обе ноги взрослого человека, что наглядно продемонстрировал нам один из жителей.
Идти по такому мосту было немного страшновато, не отпускал страх, что под нашими ногами может сломаться одна из досок, но местные жители привыкли, хотя наши опасения разделяли. Привыкли от безысходности, пока что без жертв, но одной ногой многие проваливались. По этому мосту ходят и дети в школу, и старики в больницу и в гости к родственникам. По этому же мосту проходят и две трубы – газовая и водная. Какой коллапс и локальная катастрофа произойдут в случае обрушения моста можно представить. Из любопытства мы решили осмотреть мост и снизу, к нашему везению рядом проплывавшие рыбаки согласились прокатить нас на своей лодке.
[caption id="attachment_138676" align="aligncenter" width="699"] Основание сулакского моста[/caption]
Истинную серьёзность аварийности моста мы оценили, осматривая его снизу. Сорванные ригеля, опорные столбы, которые разъела ржавчина, погнувшиеся балки. Глядя на такое, было трудно не войти в положение поселковой администрации, которая вопреки недовольству жителей закрыла мост для автомобилей.
Когда мы пришли домой к одному из членов инициативной группы посёлка, во дворе его дома на берегу реки мы увидели депутата Народного собрания от посёлка Сулак Марата Алиярова, который как раз обсуждал проблему моста с местным активом. Сам Алияров рассказал нам, что проблема моста осложняется вопросом целесообразности его ремонта, который необходимо установить экспертам, также неизвестно на балансе какого ведомства находится мост.
«Мы видим, что мост не просто нуждается в ремонте, сами сваи и подпорки моста настолько заржавели, что возможно нет смысла его ремонтировать, в этом случае придется строить новый мост. С другой стороны, я, на данный момент, даже не знаю к кому мне обращаться для разрешения проблемы, т.к. неизвестен владелец моста», - отметил Алияров.
По окончанию разговора Алияров пообещал инициативной группе сулакцев в дальнейшем сопровождать решение проблемы с мостом.
Вникая в клубок проблем Сулака, нас удивляло ещё и то, что эта проблема не какого-то труднодоступного горного села, это всё происходит в 40 километрах от Махачкалы, в посёлке который проходит рядом с федеральной трассой и представляет собой один из центров дагестанского бизнеса с населением по разным оценкам в 8-10 тысяч человек. Как ни странно и удивительно, но в этом посёлке не оказалось и родильного дома, на отсутствие которого сетовали нам местные жители. Не то чтобы его здесь никогда не было, роддом в Сулаке был в советское время при населении вдвое меньше нынешнего.
Проблема и с приёмом к врачам узкой специализации в поликлинике, которые приезжают в посёлок из Махачкалы по одному разу в неделю на несколько часов, несмотря на очереди больных. Отсюда проистекает и другая проблема – по ряду проблем со здоровьем сулакцам приходится ложиться в Махачкале и даже для госпитализации приходится вызывать «Скорую» из Махачкалы. Не то, чтобы у поселковой больницы не было своей скорой, несколько лет назад городская администрация предоставляла больнице служебную машину. Но из-за недостатка оснащения машины и снабжения топливом она простаивала, после чего машину пришлось вернуть администрации города.
Как ни странно, но у посёлка 18 лет существует проблема и с водоснабжением. Как рассказал нам местный житель Павел Астафуров, с 2001 года, после прорыва дамбы для отстаивания воды реки Акташ, речная вода стала непригодной для питья.
«Насосы на Сулаке не работают: моментально выходят из строя сальники, идёт один ил. Из-за ила в акташской воде нам приходится отстаивать в бассейне, но там знаете, сколько ила на дне потом остаётся? Мы участвовали на совещании, которое организовал Карачаев (министр природных ресурсов – прим. РИА «Дербент»), нам сказали, чтобы восстановить водохранилище (выкопать, почистить) нужно 1,7 млрд рублей, а чтобы выкопать новый, нужно 2,7 млрд. рублей, сказали, что легче поменять русло реки Акташ.
Как только Акташ высыхает, в реку КамАЗами высыпают мусор, а как идут дожди – весь этот мусор проплывает мимо моего дома», - отметил Астафуров.
По словам Павла, несмотря на непригодность вод, жители Сулака платят за неё, «но если вода не пригодна для питья, разве по закону мы должны за неё платить?», - заметил наш собеседник.
Наконец, последняя проблема, о которой нам рассказали, - опустынивание окрестностей посёлка. Но вместо восстановления почвы от эрозии, на месте оказались предприимчивые добыватели песка. Теперь справа от дороги в посёлок виднеется песчаный карьер, растянувшийся до самого горизонта.
«Обычно мы отправляли сюда скот на выпас, а теперь здесь всё разрыли. Бывало, что во время дождей коровы падали в карьеры из-за размытия обрывов, животные тонули и погибали», - посетовал нам сулакец по имени Рустам.
По словам сулакцев, добыватели песка стали добывать песок не из пустыни, а снимая верхний слой земли. То есть внесли и свой вклад в опустынивание территории.
Наши собеседники выразили опасение, что песочные бизнесмены в будущем могут перейти и на другую сторону дороги в посёлок, где выпас скота пока что безопасен. В администрации посёлка на наш вопрос об этих карьерах ответили, что по их информации, этот бизнес никак не зарегистрирован.
Такой вот посёлок, территориально зажатый и не способный по нынешним правилам сохранять и развивать рыбный бизнес и животноводство, со временем только обрастает проблемами. Это недовольство напомнило о себе и 5 июля на повторном сходе жителей посёлка. В отличие от июньского схода, вопросы уже не ограничивались землёй и поведением пограничников. С другой стороны, на сходе были уже заместители различных министров: имущества, природных ресурсов, а также представители пограничного управления, Росрыболовства, УЖКХ города и замглавы города Махачкала Запир Алхасов.
После того схода по инициативе главы администрации главы и правительства РД Владимира Иванова прошло собрание по формированию комиссии, которая должна будет решить вопрос восстановления моста. В эту комиссию включили и главу посёлка Сулак Бадрудина Суюндукова, хотя фактически глава посёлка пока что не участвовал в мероприятиях комиссии. В решении создать комиссию предполагалось включить и актив посёлка, но никаких приглашений и уведомлений инициативная группа посёлка на этот счёт не получала.
Тем не менее, уже прошла предварительная экспертиза моста, которая постановила, что ремонт моста обойдётся в ту же сумму, что и строительство нового моста. По словам главы посёлка Бадрудина Суюндукова, при отсутствии владельца моста по формальной процедуре должен пройти год объявления по поиску владельца, прежде чем будет определяться новый балансодержатель.
И это – только одна из проблем Сулака.