Новое правительство Дагестана, реформы и планы: переходный период продлится до сентября 2021 года

Редакция РИА «Дербент» предлагает Вашему вниманию интервью с Маиром Пашаевым, руководителем проектно-ресурсного офиса развития территорий, членом Общественного совета при министерстве экономики и территориального развития, в котором эксперт дает оценку работе правительства экс-премьера Дагестана Артема Здунова, делится мнением о бюджете РД на 2021 и рассуждает о вероятных изменения в обновленном составе кабмина РД. Главными событиями политической жизни Дагестана в ноябре стал уход премьера Артема Здунова и последовавшая за ним отставка правительства. Здунов проработал в команде Владимира Васильева более двух лет. Каким запомнится этот период, каковы его итоги? Небольшие положительные изменения в 2018-2020 гг. происходили, прежде всего, в плане снижения уровня коррупции, наведения порядка в бюджетной сфере, инфраструктурного развития. Но в целом это был период невразумительной и малоэффективной политики руководства республики, которая не привела к каким-нибудь заметным результатам. Например, не было прогресса в достижении целей, провозглашенных в президентских посланиях и нацпроектах, в создании рабочих мест, увеличении доходов и улучшении уровня жизни населения. Не удалось выработать стратегию, изменить вектор развития региона. Оценки текущей ситуации характеризуют ее как кризисную. Наблюдается полномасштабные политический, экономический и социальный кризисы, обремененные «коронавирусной» пандемией и падением доверия к власти. Это связано с последствиями распространения инфекции, увеличением числа безработных, катастрофическим падением доходов и снижением уровня жизни дагестанцев. По-прежнему актуальным остаются застарелые системные проблемы Дагестана, такие как коррупция, высокая дотационность бюджета, безработица, бедность и др. Эти проблемы присущи многим российским регионам, однако в Дагестане они выражены особенно остро. Основным кандидатом на смену Здунову многими называется Абдулпатах Амирханов. Что нового он способен привнести в работу правительства и на какие проблемы ему следует обратить внимание в первую очередь? От кандидата на должность председателя правительства Абдулпатаха Амирханова мы можем ожидать объявления его программы, в рамках которой им будут предложены решения системных проблем, обозначены ключевые задачи правительства, представлено его видение перспективного развития, а также какие-то прозрачные и эффективные механизмы подбора кадров. Страна переживает сложный период кризиса и реформ. И для Дагестана актуальны преодоление кризиса, реформа органов исполнительной власти, структурные реформы. Следует понимать, что во многих министерствах и отраслях наблюдается фактически системный сбой. На федеральном уровне начата административная реформа, выражающаяся в сокращении бюджетов ведомств и численности персонала, вскоре она коснется и нас. Как может быть у председателя республиканского правительства или мэра Махачкалы по восемь заместителей!? Огромный аппарат в администрации Главы и правительства, который, по сути, являлся обычной канцелярией. Составы министерств, ведомств и администраций муниципалитетов вполне уместны в формате компактных команд развития. В текущем году из-за пандемии коронавируса экономика проседала, а теперь на нее оказывает давление и нестабильная геополитическая ситуация в регионе. Снижается индекс выпуска товаров и услуг по базовым видам экономической деятельности, в частности в промышленности, сельском хозяйстве, строительстве, транспорте и торговле. Накопились земельные проблемы, связанные, к примеру, с территориями отгонного животноводства и ГУПами. Сохраняется острота инфраструктурных проблем, взять хотя бы задолженность за потребленные электричество и газ, величина которой превышает 80 млрд рублей. Какие позиции в кабмине следует усилить в переходный период? Каким, на Ваш взгляд, может быть экономический блок обновленного правительства? Структура и функционал правительства устарели и не отвечают новым вызовам. Однако дисфункция власти в предыдущий период не позволит сегодня быстро создать завершенную конфигурацию органов власти и кадрового состава. Думаю, переходный период продлится до сентября 2021 года. В экономическом блоке прежде всего следует скорректировать структуру, функционал министерств и ведомств, а также усилить кадровый состав и провести новую постановку работы. Вместе с тем следует усилить влияние и воздействие на реальный сектор экономики. Требуют отдельного внимания Минпромторг, Минстрой, Минсельхоз, которые вкупе управляют 3/4 республиканской экономики. Необходимо провести анализ преференциальных территорий и проектов, выработать новый план преференций, инвестиционную стратегию, инвестиционный план. Что можно сказать о перспективах развития Каспийска и Махачкалы в свете последних событий? Я противник излишней милитаризации власти и считаю, что власть должна быть гражданской. Однако, если президент страны решил, учитывая геополитические факторы, ситуацию в регионе целом и в Дагестане, в частности, что руководителем республики должен быть человек военный, то, наверное, так и должно быть. В Каспийске размещены военные объекты, расквартированы несколько тысяч военнослужащих, город фактически становится режимным, поэтому и решено, что главой города должен стать генерал Борис Гонцов. Мой знакомый же считает, что одного генерала Росгвардии для Каспийска мало и туда должны быть направлены еще три генерала: ФСБ, МВД и СК, чтобы проверить все, что делалось за последние двадцать лет, чтобы раз и навсегда положить конец беззаконию, воровству, присвоению имущества, которые там имели место. Как видите, есть разные мнения. Ситуация в Махачкале общеизвестна, но никто не знает, что нужно делать для ее исправления: нет решений, планов, внятных программ, а значит и перспектив. Более того, наблюдается обострение системных проблем, в частности, бизнес сжался, отсутствуют крупные проекты, инвестиции не идут. Заклинания и обещания очередного мэра горожанам не помогли. Действующий глава города и вовсе собрался в отставку. Обычный, не имеющий мотивацию чиновник привычными, стандартными подходами в Махачкале ситуацию не изменит. Ждать какое-то знамение сверху, как в случае с Дербентом, тоже вряд ли стоит. Поэтому Махачкале нужны решения более высокого порядка. Решения должны быть выработаны на уровне Главы Дагестана, и речь идет об отдельном объекте стратегического планирования. Непростая ситуация возникла в связи с распоряжением Сергея Меликова об эффективном использовании земель. Каково Ваше мнение по данному вопросу? Эксперты провели аудит Распоряжения на нескольких страницах, отметив его поспешность и незрелость, сделанным по принципу «галопом по Европам». Для формирования такого рода документа, наверное, требуется серьезная проработка со стороны администрации Главы Дагестана и республиканского правительства. Минимущество по сей день оперирует категориями «у нас на балансе, наши ГУПы платят налог на землю, поэтому это государственное» и совершенно халатно относится к обязанности идентификации (определенности) земельной собственности республики. По мнению экспертов, важно детально проработать формы представления первичной информации, аналитической информации по земельным участкам, находящимся в собственности республики. Имею в виду наличие кадастровой оценки и кадастрового номера, правовые основания возникновения права собственности у республики, регистрационный номер права собственности в ЕГРН, площадь земельного участка, местонахождение (административная единица РД), орган, за которым земельный участок закреплен, период в течение которого закреплен, характер пользования. Необходимо принципиально определиться с законностью создания ГУПов на землях бывших колхозов и совхозов и «принудительным закреплением за ГУПами» земель бывших колхозов и совхозов, что тем самым лишило законных прав на доли и паи десятки тысяч тружеников на селе, «создав» на землях колхозов и совхозов предприятия, крайне неэффективно управляемые государством и его органами. Изначально и по сей день пребывание этих земель в висячем положении остается широким полем для раздолья проходимцев. Что же касается эффективности работы над реализацией Распоряжения, то немаловажно все земельные участки в зависимости от масштаба прогнозируемых на земельных участках проектов, деятельности, налоговых поступлений и социальной значимости разбить условно на участки, носящие «стратегический, тактический и оперативный» характер. С 1 января 2020 года вступили в силу результаты кадастровой оценки недвижимого имущества граждан и организаций. А с 1 декабря текущего года по ней будут начисляться налоги. Какова Ваша оценка нашумевшей кампании и ее последствий? Прежде всего необходимо разобраться с расходованием огромных объемов средств, которые выделялись республике из федерального бюджета после принятия федерального закона о земле (ежегодно, на протяжении последних десяти лет), в целях определения кадастровых координат и геодезических точек, уточнения границ и для утверждения категорий земельных участков и объектов недвижимости, что является основным для определения налогооблагаемой базы. Только за последние годы освоены несколько миллиардов рублей бюджетных средств. Как выясняется, освоены, в никуда. В прошлом году поспешно (в течение 3-х месяцев!) под давлением Владимира Васильева и Владимира Иванова была проведена кадастровая оценка объектов недвижимости РД в количестве более 1,6 млн единиц. Но она оказалась крайне некачественной. Так, зафиксировано существенное завышение стоимости объектов оценки. По получении этих требований по выплате имущественных налогов можно ожидать массовое недовольство населения и судебные иски, с которыми придется разбираться новым властям республики. Тогда как идейные вдохновители и организаторы действа (Екатерина Толстикова и Александр Беднягин), как и «специалисты» со стороны, сделали свое дело и покинули республику. На протяжении двух с лишним лет в республике бурно обсуждалась Стратегия-2035, проведен ряд стратегических сессий, другие мероприятия. Когда планируется утверждение документа? Пока Стратегия-2035 имеется только в виде научно-исследовательской работы Совета по изучению производительных сил (СОПС) Академии внешней торговли. Решения о разработке долгосрочной Стратегии Дагестана нет. Оно, согласно закону (172-ФЗ), принимается высшим органом исполнительной власти субъекта. И только на его основании формируются концепция Стратегии, структура и проект. Но мы все-таки не в начале пути, и выполненную научно-исследовательскую работу СОПС вполне можно принять за концепцию. Помимо того, определяющими документами Стратегии являются Единый план достижения национальных целей до 2030 года и Стратегия-2035 СКФО. Концепция-2025 тоже способна концептуально определить будущее Стратегии. Ранее я предлагал сжать горизонт Стратегии до 2028-2030 гг. и конкретизировал соответствующие новому горизонту этапы ее реализации. Известны ли новые подробности относительно Концепции-2025, принятие которой анонсировал Меликов? Со стороны Сергея Меликова заявления прозвучали в октябре, а срок определен до конца текущего года. Учитывая сжатые сроки, решение о ее разработке следовало бы ожидать в октябре. В ноябре можно было бы подготовить доклад, тезисный план, провести форсайт-сессию и специальное заседание правительства. Как документ видения будущего, Концепция-2025 требует креативного подхода. В нее следует включить ряд серьезных компонентов, а именно оценку достигнутых результатов, стратегический анализ территории, альтернативы развития, государственную региональную политику, достижение экономического роста, направления долгосрочного экономического развития. Желательно обозначить и новую модель экономики. Соответственно, на разработку качественного документа потребуется время. В СМИ и социальных сетях можно встретить немало критических замечаний в адрес Стратегии-2035 вплоть до заявлений о том, что долгосрочное планирование не актуально, что невозможно планировать на десятилетия. По Вашему мнению, насколько оправданы Концепция-2025 и Стратегия-2035? Концепция-2025 вполне актуальна. Точка бифуркации сегодня настолько однозначна, что она способна изменить региональную политику и вектор развития Дагестана. Это документ тактический, способный дать видение будущего, выбор альтернатив, определение региональной политики и структурных реформ. Что же касается Стратегии, то это документ целеполагания на долгосрочный период. А планирование в субъекте осуществляется на основе нацпроектов, госпрограмм, бюджета и на среднесрочный период. Возможно, противниками Стратегии выступают ровно те, которые десять лет назад жаловались на нехватку воды, электроэнергии, отсутствие очистных, рабочих мест и т.д., и сегодня жалуются, и требуют всего немедленно. Через десять лет может повториться то же самое. Системные проблемы, структура экономики, инерция предшествующего развития – категории крайне сложные – решения по ним невозможно принять за короткий период, а реальные позитивные изменения тем более требуют длительного времени. Инфраструктура региона, институты, инновации, стратегические проекты, инвестиции выстраиваются десятилетиями. Вы можете спросить о долгосрочных трендах мирового развития, которые в случае отсутствия Стратегии и вовсе пройдут без нас. Основной недостаток представленной научно-исследовательской работы СОПС в том, что изначально не был проведен стратегический анализ территории. Ведь если первая пуговица застегнута неправильно, то, соответственно, и остальные тоже. Недостатков достаточно много, больше всех критиковали эксперты, все наши замечания и предложения представлены исполнителям. Комитет по архитектуре и градостроительству Дагестана анонсировал разработку Схемы территориального планирования (СТП) и мастер-плана туризма. Сергей Меликов потребовал от муниципалитетов иметь свои схемы территориального планирования и обновленные генпланы. Насколько эти документы взаимоувязаны и актуальны? Во-первых, такое количество документов тянет на миллиарды расходов. Знающие люди утверждают, что за последние 10-12 лет на разработку разного рода документов из республики ушли более 500 млн руб. Зачастую разработчики со стороны выдают объемные, «непереваримые» документы, которые, по сути, напичканы теорией, характеристикой территории и статистикой. Как правило, «посадка на территорию» страдает, практическая реализация затруднена, а стоимость, в то же время, оказывается завышенной и т.д. Во-вторых, СТП, кроме территориального компонента - документ экономический, а значит все вместе взятое является прерогативой министерства экономики и территориального развития. Согласно закону (172-ФЗ), СТП разрабатывается на основе документов стратегического планирования субъекта РФ, поэтому никакой необходимости заказывать СТП сейчас, опережая будущую Стратегию, нет. Тем более институту «Гипрогор», который фактически перестал им быть. Обоснованность разработки мастер-плана Приморского туристского кластера также находится под вопросом, поскольку нет решений по созданию кластера, юридической регистрации и организационной формы. У нас уже был неудачный опыт организации ОЭЗ туристического типа и туристического кластера. Так зачем его повторять? Кроме того, основным документом кластера является Программа развития кластера, а мастер-план разрабатывается на ее основе. Комитет по архитектуре и градостроительству сильно увлечен аутсорсингом, поэтому конкурсы на благоустройство набережной в Махачкале, площади в Каспийске и озера в Дербенте проводит московская компания. Почему бы их не провести самим? Почему бы нам не реализовать крайне актуальный сегодня проект кольцевого парка вокруг озера Ак-Гель? В рамках проекта можно было бы решить проблемы канализационных стоков, водного баланса и озеленения. Как Вы оцениваете бюджет РД на 2021 год, принятый недавно депутатами НС РД в первом чтении? Касательно возможного введения в Дагестане режима внешнего финансового управления по причине высокой дотационности бюджета, наподобие Ингушетии: насколько такая угроза реальна? Собственно дефицит бюджета региона, задолженность перед федеральным центром, дотационность бюджета (на 3\4) являются политэкономическим нонсенсом. Мало кто может объяснить, почему система так устроена. В качестве примера можно привести задолженность республиканских больниц. Когда в начале мая стали разбираться, выяснилось, что совокупная задолженность 69 медицинских учреждений, аккредитованных для лечения ковид-пациентов, превышает 1 млрд рублей! Как это возможно? Вот и с регионами примерно так. Дагестан действительно попал в знаменитую «гильотину Юма»: то, что должно быть, не может быть достигнуто тем, что есть. Наверное, надо меньше тратить и больше зарабатывать. Постараться от затратной бюджетной модели хозяйствования перейти к проектно-инвестиционной модели развития, заточенной на увеличение доходной части. Вместо того, чтобы выстраивать эффективную экономику, налогооблагаемую базу и доходы региона, чиновники все больше практикуют затратные подходы. Срабатывает инстинкт самосохранения и самовоспроизводства системы – она пытается увеличивать собственные расходы. Посмотрите, с каким рвением взялись за строительство и даже за неподъемный долгострой. А зарабатывать больше не так просто в ситуации, когда в Дагестане имеются всевозможные риски, диспропорции, барьеры, когда одновременно присваиваются и земля, и производственные активы, и произведенный продукт, и налоги, далее и часть бюджета. В этом плане Сергею Меликову и новому правительству предстоит много работы.