Нужна ли Юрию Трутневу и Сергею Меликову Концепция развития Дагестана?
Эдуард Уразаев, политический обозреватель
С подачи вице-премьера Правительства РФ Юрия Трутнева возникла тема о Концепции развития Дагестана на период до 2025 года. Он высказал её журналистам в ходе визита в республику 9 октября, недовольный тем, что мало инвестиций в площадке «Уйташ» и слабо используется потенциал морского порта и туризма.
Затем о ней напомнил врио главы Дагестана Сергей Меликов в ходе совещания по развитию туризма в Дылыме 28 октября. При этом он заявил, что хочет, чтобы Концепцию презентовали до конца этого года.
Казалось бы, что это — благородная попытка выстроить новую социально-экономическую политику в регионе со стороны нового куратора Северокавказского федерального округа (СКФО) Трутнева и врио главы РД Меликова. Тем более, что так же поступали и прежние руководители республики и кураторы СКФО.
Однако проблема в том, что в отношении Дагестана федеральный центр уже реализует реализует региональные проекты в рамках 12 национальных проектов и республика включена в ряд федеральных целевых и государственных программ РФ, в том числе Программу социально-экономического развития СКФО до 2025 года, включающей подпрограмму развития Дагестана. Кроме того, есть утверждённые стратегии развития СКФО и РД до 2025 года, а сейчас идёт разработка Стратегии-2035 СКФО и завершается разработка проекта Стратегии-2035 РД.
Поэтому возникают вопросы о необходимости разработки ещё одного документа стратегического планирования в виде Концепции развития Дагестана до 2025 года.
Трутнев в поиске
Интересно, что в официальном сообщении на сайте Правительства РФ о визите в Дагестан Юрия Трутнева от 11 октября слов о необходимости разработки Концепции нет, но говорится, что по итогам совещания он поручил в течение двух месяцев руководству региона совместно с ответственными федеральными органами власти определить приоритетные направления развития региона и подготовить план социально-экономического развития республики для дальнейшего обсуждения на совещании в Москве.
Кроме того, 27 октября Трутнев в интервью РИА «Новости» заявил: «Конечно, мы должны через определённый период времени встретиться с новым руководителем Дагестана Сергеем Меликовым, потому что он только пришёл. Нам с ним на четвертый день работы говорить о стратегии развития было бы немножко странно. Мы, скорее, говорили об основных направлениях, был доклад главы правительства, а дальше надо работу эту продолжать».
Можно сделать вывод о том, что речь идёт не принципиально новом курсе, а о его корректировке. И беспокоит Трутнева в основном теневая экономика, незаконная застройка территорий и неэффективность государственной поддержки бизнеса в СКФО.
Но исправлять ситуацию он предлагает не репрессивными мерами, а объясняя выгоды легального бизнеса и труда, а также изменяя механизмы поддержки самозанятых граждан и предпринимателей на основе принципов справедливости и прозрачности: «Давайте тогда в этой системе поддержки объём бюджетных вложений сделаем меньше, а количество людей, которым мы сможем помогать, сделаем значительно больше. Чтобы это была постоянная программа, когда люди смогут эту поддержку получать».
По мнению Трутнева, на каждый 1 вложенный бюджетный рубль должно приходиться хотя бы 5 рублей от частных инвесторов. Тогда мол и эффективность будет от инвестиций и денег бюджетных хватит.
При этом, в отличие от Дальнего Востока, где поддерживаются в основном крупные инвестиционные проекты, в СКФО целесообразно поддержать малый и средний бизнес. В планах вице-премьера также инвентаризация земельных участков и корректировка институтов развития в лице «Корпорация развития Северного Кавказа», «Курорты Северного Кавказа» и особых экономических зон.
Меликов уточняет
На совещании по реализации национальных проектов, прошедшем 11 ноября, Сергей Меликов уточнил, что Концепция должна учитывать сложную экономическую обстановку в мире и в стране и поэтому должна учитывать реальный потенциал республиканского бюджета и возможности поддержки федерального центра.
А на встрече с представителями СМИ 12 ноября, по сообщению пресс-службы Администрации Главы и Правительства РД, он заявил: «Нам нужно уточнить и выработать основные направления концептуального развития нашей республики до 2025 года. Во-первых, это совпадает с федеральными программами, во-вторых это среднесрочная перспектива, в пределах которой можно действительно что-то спрогнозировать с достаточно высокой определенностью. Это концептуальное развитие будет уточняться каждый год. Мы должны понимать, чего мы хотим добиться до 2025 года и, идя к этой цели, будем ставить себе задачи, которые будут способствовать достижению этой цели. Исходя из этого концептуального направления необходимо принимать уже детальные решения, они будут определять или уточнять наши задачи в реализации национальных проектов государственных программ, региональных проектов и муниципальных задач».
Ранее, 22 октября, Меликов в ходе сессии Народного Собрания РД высказался о национальных и региональных проектах как об основе стратегического развития Дагестана на ближайшую перспективу отметив, что деньги федерального бюджета в основном выделяются на национальные проекты, а под ними находятся региональные проекты, учитывающих пожелания дагестанцев по решению проблем, связанных с водой, дорогами, школами, детскими садами, образованием и демографией.
Новое — забытое старое?
Из приведённых заявлений вице-премьера Правительства России и врио Главы Дагестана можно предположить, что от желания получить условно именные концепции развития, содержащих принципиально новые идеи и подходы, и Трутневу, и Меликову, по мере погружения в проблемы реализации ранее утверждённых стратегий и программ, пришлось «заземлить» свои желания и говорить уже об основных направлениях и приоритетах развития республики.
Интересно также, что на официальном интернет-портале правовой информации не удалось обнаружить указа, постановления или распоряжения о разработке проекта заявленной Концепции социально-экономического развития Дагестана до 2025 года. Что, вероятно, связано с юридическими и финансово-экономическими вопросами разработки и реализации ещё одного нового документа стратегического планирования.
И дело не в отсутствии понимания у квалифицированных чиновников, экономистов и предпринимателей того, что происходит в политико-правовой, экономической и социальных сферах и того, что надо делать. В процессе подготовки и принятия Стратегии-2025 в 2011 году был дан достаточно квалифицированный анализ социально-экономического положения республики, потенциала развития, основных приоритетов и механизмов деятельности органов власти и бизнеса.
Аналогично в процессе разработки проекта Стратегии-2035 в 2019-2020 годах было высказано много дельных предложений, которые были учтены разработчиками. Можно придираться к тому, что какие-то разделы не полностью отражают проблемы и недостаточно точно расписаны меры по развитию той или иной отрасли.
Но в целом в проекте Стратегии-2035 дан объективный научный анализ основных тенденций и ситуации на начало 2020 года и представлены приоритетные направления социально-экономического развития республики. Да и действующая Стратегия-2025 во многом является хорошей основой для разработки республиканских и федеральных программ и проектов.
В тоже время проблема общая для всех стратегий и программ, содержащих в основным нужные народу проекты и меры, в недостаточном обеспечении ресурсами, различных обременениях земельных участков и коррупции, о чем в упомянутых выступлениях говорят и Трутнев, и Меликов. Кроме того, ситуация осложняется обилием разных программ и их постоянной корректировкой.
Счётная палата России в феврале 2020 года опубликовала отчёт о результатах проверки федеральных министерств и ведомств на предмет соответствия их стратегических планов на 2019-2024 годы установленным законами требованиям, в котором сделан вывод о том, что «Система стратегического планирования деятельности… исполнительной власти в настоящее время разбалансирована и неэффективна, недостаточно нормативно урегулирована и методически обеспечена, с низким уровнем контроля и исполнительской дисциплины». К аналогичным выводам не раз приходила и Счётная палата РД в отношении республиканских органов исполнительной власти.
Отчасти такое положение складывается, с одной стороны, из-за короткого горизонта бюджетного планирования и постоянных корректировок бюджета, а с другой — из-за некачественных проектов и попыток под разными предлогами увеличить под них финансирование со стороны бизнеса и чиновников в коррупционных целях. Ценность стратегий и программ под сомнением и из-за пандемии коронавируса, вынуждающей вводить ограничения на деятельность предприятий и учреждений, что приводит к большим экономическим потерям и пересмотру всех планов властей.
Тем не менее, стратегии, концепции, программы важны для более эффективного управления социально-экономическими процессами. Даже в условиях пандемии, ограниченности бюджетных средств, коррупции и теневой экономики они служат, тем не менее, ориентирами и маяками развития. В практике же достижение целей требует в Дагестане ручного управления, регулярной корректировки проектов, планов и мер в ходе их реализации, создания объективной системы ответственности чиновников.
В последние три месяца на федеральном и республиканском уровне продолжается согласование и утверждение проектов, которые представлены для включения в национальные проекты и государственные программы РФ, что должно привести к росту доходов и расходов в республиканском бюджете на 2021 год. Так что база для формирования конкретных планов и проектов уже есть и вопрос лишь в их качественной подготовке, поиске новых бизнес-идей, создании благоприятного инвестиционного климата и привлечении инвестиций.
P.S. Все написанное актуально в рамках сложившейся модели экономики и финансовой сферы. В тоже время нельзя исключать того, что в случае не достижения целей национальных проектов руководство страны пойдёт на изменение модели управления экономикой. Такая реформа повлечет изменения и в стратегическом планировании развития регионов.