Пора разрушать дагестанскую антиконституционную стену

Богатство и уверенность в будущем дают ни деньги и оружие, а справедливые правила, созданные на основе качественных идей, воспринятых обществом. Антиконституционная стена Идеальные правила только в Раю, но народы и государства тратят сотни лет на поиски лучших институтов для себя и будущих поколений. В этом смысле Дагестану повезло, так как мы находимся на пересечении огромных цивилизаций и имели возможность брать самое лучшее. Но конкуренция порядков создаёт и мучительный процесс выбора. Ярким примером этого служат события произошедшие в Дагестане после февральской революции. За короткий промежуток, после свержения царя, у руля дагестанской области побывали сторонники исламизации, светского государства и даже военное английское руководство, а в итоге победили те, кто лишил людей всякого выбора, а заодно имущества и их истории. В 90-е история повторилась вновь. Дагестан перешёл от советской системы к бандитизму, потом к национализму, вслед за которым пришла криликализация общества и политики и все это на фоне тотальной коррупции. В это время вся страна уже активно переходила на новые экономические отношения, строила совсем другую систему управления. Пусть не самую лучшую, с провалами и явными ошибками, но на много лучшую чем сложилась в Дагестане. При этом местные кланы, националистические лидеры, клерикальные радикалы и просто бандиты, сидевшие не в тюрьме, а во власти для защиты своих незаконных доходов в целях не допущения общероссийского конституционного строя на территорию республики построили настоящую антиконституционную стену, тиражируя идеи об особенностях дагестанского, кавказского менталитета, который якобы требует особой системы управления, о грубости местных нравах не позволяющих проводить честные выборы. Общественно-политический образ «дагестанца» получился таким особым, что к нам позволено было применять особые методы, такие как мнимый коллегиальный орган управления – Госсовет, женские и национальные избирательные округа, тотальное ограничение избирательных прав, профилактический учёт, массовые зачистки, спецоперации с применением танков в городских кварталов и так далее. И все это время простые дагестанцы выживали в этом антиконституционном гетто, как могли и пытались заменить то, что нам не приходит из-за стены, заменяя неработающие системы религиозными правилами или обычаями предков: вместо коррумпированного суда, ходили к имамам, феодальный запрет на частную собственность на землю заменили незаконной распродажей совхозных земель на основании показаний стариков о границах участков раскулаченных предков и так далее. При этом все эти годы открытого запрета на применения Конституции РФ в Дагестане с разной степенью интенсивностью и успешностью появлялись движения требовавших от властей дать дагестанцам правила, по которым живёт вся страна, допустить применение в республике Конституцию РФ и российское законодательство. По иронии судьбы в строительстве стены обвиняли и не без основания российских националистов. Стена, как изоляция от страны была предметом литературных произведений дагестанских писателей (Алиса Ганиева). Эту антиконституционную стену можно было увидеть и невооружённым взглядом на границе с республикой, в виде блок-постов, а также в столичных аэропортах и вокзалах отдельно досматривавших пассажиров из Махачкалы. Экономические последствия антиконституционной стены очевидны. Отсталость республики по сравнению с другой частью страны стала не просто хронической, а системной, дающей вечный доход в виде пожертвований центра «на бедность», причём не населению гетто, а кланам и криминалу, который стал спонсировать антироссийский вооружённый мятеж и терроризм. Удивление вызывает и то, что дагестанские чиновники на столько привыкли к получению прибыли с дотаций перекидываемых через стену, что до сих пор применяют идеологические абсурдные идеи типа «мы стали работать очень много, дайте еще денег». При этом пичкают общество лживыми данными о якобы имеющих место темпах роста промышленности и так далее. Плох тот закон, который не стал обычаем, говорит старая юридическая поговорка. Поэтому выбирать в итоге дагестанцам. Кому-то хорошо живётся и в гетто, а кто-то родился в тюрьме и не знает, что такое свобода. Мы можем не стремится к улучшениям, жить также как и жили, покупать дипломы и водительские права, убивать друг друга на дорогах, пользоваться услугами продажных полицейских и судей. Мы даже можем зарабатывать на продаже билетов в наш зоопарк, т.к. многие туристы готовы потратить деньги чтобы увидеть на европейской части континента такой бардак. Из гетто может получится хороший военный лагерь, с особой военной экономикой и уставными порядками. Тогда не надо рассчитывать на высококачественную медицину, безопасность и хорошие школьное и университетское образование, а тем более на качественное государственное управление, потому что из гетто убегают лучшие предприниматели, учёные, врачи, педагоги. Родители перекидывают своих детей через стену спасая их будущее, в этом им помогло ЕГЭ. С чего начать Конечно, сатирики могут иронизировать: в нашу «колонию поселения» направили генерал-полковника МВД с помощником из МВД и советником, руководившим лагерем «Селигер», в вашем гетто будет наведён порядок, будете ходить на намаз строем и отрабатывать на ремонтных работах той самой антиконституционной стены. Но если это только злые шутки, то логику «центра» понять можно: жители гетто не могут самостоятельно настроить систему, им нужны наладчики. Начинать надо с простого, с изменений правил государственного управления республики. Например, сейчас Народное собрание вспомнило, что с 2010 года принят на федеральном уровне закон об отчётах главы субъекта и внесли соответствующие изменения в Конституцию, причём так быстро, что забыли ради приличия спросить мнения населения, хотя администрация тюрем не спрашивает мнение заключенных. Однако, пришло время принимать решения и в отношении Народного Собрания. Мы один из четырёх субъектов страны, где только партийная система формирования регионального парламента. Пора переходить на смешанную систему, как почти во всех регионах страны и принимать об этом закон уже сейчас. Кроме того, зачем нам платить за работу парламента, который собирается раз в месяц чтобы проголосовать за 4 часа за 30 законопроектов, которые раздали депутатам перед сессией. Каждую сессию в парламенте должны выступать хотя бы один руководитель и депутатмуниципального образования, представитель общественной организации (профсоюзы учителей, врачей). Для этого надо проводить сессии парламента либо по два, а то и три дня, по 4 часа. В парламенте не ведётся официального стенографирования для публичной публикации. Сейчас не 90-е, можно и в интернете публиковать выступления депутатов. Пора приводить в соответствии с законом и экономическим принципом целесообразности систему исполнительных органов власти республики. Посмотрите на богатейший Краснодарский край, система руководства, которого очень простая: губернатор, который возглавляет администрацию края. В республике отдельно правительство и практически полностью дублирующее его администрация Главы и Правительства. Легче всего изменить правил управления государственных или муниципальных систем. Тут достаточно принятие законов, указов и т.д. Самое трудно изменить общественные правила. Светофору, как технологическое решение для управления есть в каждом дагестанском городе, но не все дагестанцы им пользуются. Есть законы о выборах, но все ли их читают и все ли дагестанцы готовы избирать лучшего вместо избрания члена клана? Ответ очевиден – придётся жить по закону, светофоры не демонтируют из-за безграмотных водителей и пешеходов. Ещё одна проблема в том, что мы не знаем себя. Кто сегодня современный дагестанец, какие его ценности, устремления, сколько он тратит или готов потратить на образование детей, медобслуживание, сколько часов готов работать в сутки, где и кем, готов ли он покинуть своё гетто, переехать ради работы в другой город, субъект, что для него важнее семья, национальность, республика или работа. Своё незнание мы заменяем домыслами, мифами и статистическими данными, основанными не понятно на чем. Например, когда решили выделить денежные средства на отлов и содержание бездомных животных к законопроекту в Народном собрании была приложена таблица, где были описано количество бездомных кошек и коров исходя из численности населения, по некой методике, а не факту. Причина здесь в том, что власти республики если заказывали исследования учёным, то лишь для получения заранее обговорённых результатов, которые помогут выпросить нужную сумму у Москвы или поменять бюджет под цели определённых людей или кланов. Совсем недавно товарищ из налоговой инспекции рассказал, что известные российские мировые и российские бренды не шли на дагестанский рынок, так как при его анализе пользовались официально статистикой, где указана нищенская средняя заработная плата. Но как только они оплатили серьезные исследования, то получали картинку, которая помогала им входить на наш рынок быстрыми темпами. Ярким примером может служить недавнее успешное открытие КFC. Мы общество потребления, поэтому все что наживаем с радостью разбрасываем в банкетных залах, да еще влезаем в кредиты. Тут даже призывы духовенства о скромности во время свадебных и похоронных ритуалов не могли. Но у дагестанского народа есть отличные черты, которые помогают нам. Например, мы не вывозим деньги в офшоры, а вкладываем в дома. Другое дело, что этот обычай в условиях плохой и несправедливой системы управления выливается в строительство деловых некачественных домов с непродуманной социальной инфраструктурой, грозящие в будущем превратиться в рассадники бандитизма. Дагестанцы стремятся к уюту в своих домах. Но мы покупаем все импортное, даже тогда когда есть дагестанское. Поэтому мебельный дагестанский кластер работает на экспорт. А это наши деньги и налоги. Что касается того, что дагестанцы якобы не любят чистоту на улице, во дворах и в подъездах, то здесь налицо яркий пример некачественных систем управления. Заключённые больше смотрят за чистотой в своих камерах, чем в коридорах тюрьмы. У нас в республике местное самоуправление одно из самых худших по стране. Внутригородские районы Махачкалы получили самостоятельно только 3 полномочия, тогда как в Челябинске внутренние районы имеют 11 полномочий. В республике создана только одна территориальная организация самоуправления (в г.Хасавюрте), тогда как по всей стране этот институт применяется в больших городах и даже селах. Мы начнем любить свои улицы, дворы и подъезды тогда, когда они станут нашими. А до тех пор, пока городские и районные чиновники определяют, кто и как будет убирать улицы, кто будет заниматься освещением, кому в тайне продать детскую площадку под строительство 10-этажки или построить очередное уродство с названием «аллея» вырубив при этом десятки многолетних деревьев, до этих пор это не наш город и бороться за чистоту улиц и сохранение зелёных насаждений нам никакого смысла нет. Это не наши города, это не наши школы, это не наши больницы. Советы давать легко и соответственно можно делать это бесконечно. Но мне бы хотелось поздравить дагестанце с Днём Конституции РФ и пожелать нам всем разрушения антиконституционной стены, чтобы жили мы не как в гетто, а по общепринятым в нашей стране законам, может не самым лучшим, но все-таки на много справедливее чем у нас. http://kavpolit.com/blogs/kadievrasul/35712/