Российская нация. Что заложить в основу?

  Инициатива бывшего министра РФ по делам национальностей и федеративным отношениям Вячеслава Михайлова, который в октябре прошлого года предложил Президенту РФ Владимиру Путину проект закона «О российской нации и управлении межэтническими отношениями», претерпела с тех пор существенные метаморфозы. Несмотря на то, что глава государства назвал данный законопроект хорошей инициативой, само его название не понравилось во многих регионах страны и получило много негативных отзывов. Более того, на прошедшем недавно в Йошкар-Оле заседании Совета при Президенте РФ по межнациональным отношениям вопрос об этой инициативе не поднимался. А ведь глава государства дал поручение представить предложения о подготовке проекта нормативного правового акта в срок до 1-го августа. Эксперты не исключают даже того, что от данного проекта могут отказаться или его спрячут «под сукно» до лучших времен. Тем не менее, РИА "Дербент" известно последнее название данного документа, работу над которым курирует заместитель главы администрации президента (АП) Магомедсалам Магомедов: «Концепция правового акта, регулирующего отношения в сфере укрепления единства многонационального народа РФ». С включением в концепцию положения об «объединяющей роли русского народа, его культуры и языка как исторической основы российской государственности» не согласился член Президиума межнационального совета Максим Шевченко, назвав ее опасной. «Фиксация на уровне федерального закона особой роли какого-либо народа в становлении государственности, большого или маленького – это мина под эту самую государственность, тем более, если она федеративная в многонациональном государстве, носителем суверенитета и источником власти в котором, согласно Основному закону этого государства (Конституции РФ) назван «многонациональный народ»», – отметил известный общественный деятель. С одной стороны, невозможно отрицать ведущую «осевую» роль русского народа в создании Российского государства. С другой, – сложно не согласиться с аргументами Максима Шевченко относительно закрепленных в Конституции принципов федерализма. Действительно, о том, что собой должно представлять федеративное устройство, в нашей стране все чаще забывают. В этом отношении важно выяснить, какие принципы будут положены в определение российской нации, если оно будет зафиксировано в разрабатываемом документе, который затем ляжет на стол законодателей. Авторы концепции представляют российскую нацию как совокупность разных народов России, «суверенное сообщество», скрепленное историей, культурой, языком, гражданской ответственностью и патриотизмом. Такое определение вполне можно принять в качестве рабочей версии. Но что собой представляет «совокупность разных народов России»? Выяснение этого вопроса является, пожалуй, первоочередной задачей, определяющей этнокультурное и историко-политическое содержание российской нации. В нашей стране до сих пор отсутствует перечень российских народов, которые тем самым должны быть противопоставлены недавним мигрантским сообществам или диаспорам. Одна из функций нашего государства, закрепленная во многих положениях Конституции, федеральных законов, международных конвенциях и хартиях, принятых Россией, и других юридических актах, – сохранение своего культурно-языкового богатства, равноправия и самоопределения слагающих его народов. Поэтому важно, наконец, выяснить, какие именно народы являются российскими, то есть в отношении кого государство должно нести вышеозначенные обязательства и предоставлять гарантии сохранения и развития их идентичности, полноценного функционирования родных языков и т.д. Конечно, недавние мигрантские сообщества, представляющие иные народы и культуры, волею судьбы оказавшиеся в России, также должны быть обеспечены правами на сохранение своей идентичности. Но наше государство не обязано оказывать непосредственную поддержку культурно-языковой самобытности недавних мигрантских групп (диаспор). Оно должно лишь предоставлять правовые возможности для самоорганизации диаспор при решении данных вопросов (и законодательство нашей страны в полной мере их предоставляет), так как их историческое прошлое было связано не с Россией, а с территорией других стран. Именно поэтому мигрантские группы не могут быть включены в число этнических общностей, составляющих российскую нацию, и служить основой ее историко-культурного облика. Таким образом, если российское государство является федерацией субъектов (автономных территориальных единиц), входящих в ее состав, то российскую нацию можно представить тоже как федерацию (совокупность), но уже конкретных народов, ее составляющих. Второй аспект определения «российская нация» связан с тем, что составляющая ее совокупность народов – это не конгломерат этнических сообществ, а единая общность. Формулировка, отражающая данное содержание наверно менее строга и не столь принципиальна, как вопрос о том, какие общности следует включить в российскую нацию, и может быть предметом более широкой дискуссии. Амиль Саркаров