Сулейман Уладиев: Каков мэр, таков и город

Города нет. Есть Махачкала, которую одни любят, а другие ненавидят. И мы ее заслуживаем такой, какая она есть. И ничего особо нового не скажешь. Все уже сказано журналистами, общественниками, экспертами. Теперь надо попытаться сохранить то, что осталось. А города я видел, но это не Махачкала. Это Петербург, Прага, Нальчик, Вена, Кисловодск, Рига, Грозный. Но не Махачкала. Махачкала — это поселение. Здесь надо развивать экстремальный туризм. Если сделать 30-минутный документальный фильм о «прелестях» Махачкалы и ее архитектурных изысках, улицах и гонщиках и показать его в Европе, Японии и США, то сюда хлынет не только поток туристов-экстремалов, но и реки долларов и евро, которые пополнят наш бедный городской бюджет. Такое они вряд ли где увидят. Конечно, если не поедут в Афганистан или Сирию. Справедливости ради надо сказать, что нелучшим образом поступали и с другими городами Дагестана. Но столица у нас одна, и она должна отличаться от других городов своим архитектурным и эстетическим обликом. Сегодняшняя Махачкала — это результат действия и бездействия городских властей, самих горожан и даже остальных дагестанцев, которые в той или иной степени виноваты в том, что произошло. Кто-то удачно назвал нашу столицу градостроительным апокалипсисом, другие же считают ее урбанистической трагедией. Я же полагаю, что здесь торжествует варварство. После распада СССР разные руководители в различных масштабах, но неизменно подвергали город разграблению, распродавая все и вся и опираясь на алчность застройщиков, собственную ненасытность, коррупционность многих высокопоставленных сотрудников правоохранительных органов и безволие и пассивность остального населения. Отсутствие исторических традиций урбанистической жизни у дагестанцев не является оправданием этому варварству, а только обстоятельством, отягчающим нашу виновность. В условиях современного открытого мира мы, вместо того чтобы построить город 21-го века, оставляем потомкам что-то напоминающее то ли Гватемалу, то ли Джибути, то ли Луанду. Город, в котором тяжело ездить, тяжело ходить, тяжело дышать и тяжело жить. Город, в котором распроданы (и куплены!) территории школ, больниц, парков, организаций и даже некоторые тротуары. Город, из которого надо бы бежать, но о котором слагают песни, объясняются ему в любви и даже считали лучшим городом России. Город, который должны изучать не архитекторы и сейсмологи (поздно!), а этнографы и этнологи с целью определения сущности дагестанцев, нашей культуры, духовности и ментальности, так как именно в градостроительстве отражаются душа и характер народа ярче и рельефнее, чем даже в литературе и музыке. Как говорится, покажите мне вашу столицу, и я скажу, кто вы. Чуть ли не единственной задачей мэрии является создание благоприятных условий и среды для горожан, которые именно для реализации этой цели платят налоги и нанимают управленцев. Которые почему-то считают себя не слугами народа, а его хозяевами. Впрочем, каждый народ имеет таких правителей, которых он заслуживает. Город — это зеркальное отражение мэра, того, кто его туда назначал, его морали, культуры, интеллекта, идеологии и отношения к народу. Каков мэр, таков и город. В данном случае — город, который мы потеряли. https://ndelo.ru/detail/gorod-kotoryj-my-poteryali Фото: Кавполит