Света ему мало - Единому оператору добавят воду и тепло
Единому оператору и света мало - теперь ему отдают воду и тепло
Минэнерго России изучает возможность расширить функции «Единого гарантирующего поставщика» электроэнергии в СКФО на водоснабжение и теплоснабжение. Об этом сообщил ТАСС. Иными словами, одной структуре мало разбираться только с электричеством — теперь её аппетиты могут распространить и на воду с теплом. В Дагестане, где потери в сетях достигают 40–70%, а энергокризис только усугубляется, к этой инициативе относятся с опаской.
«Единый гарантирующий поставщик» (ЕГП) начал работу 1 июля 2026 года. В зону его деятельности входят Дагестан, Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария, Северная Осетия и Ингушетия. Власти решили назначить отдельную структуру, наделив этим статусом «Ставропольэнергосбыт», который по решению акционеров был переименован в «Единого гарантирующего поставщика».
По данным председателя Общественного совета при Министерстве строительства и ЖКХ Дагестана Али Шахбанова, потери в электросетях Махачкалы достигают 70%, а по республике в целом ненормативные потери составляют около 40%, что в денежном выражении равно примерно 11 млрд рублей.
«Если собираемость платежей достигает 70%, то куда уходит электроэнергия? Почему всегда не хватает средств на ремонт?» — задаёт вопрос Шахбанов.
На этом фоне недоумение вызвало назначение Манвела Мажонца, о котором недавно сообщал «ДагестаНет». Бывший первый вице-премьер Дагестана, курировавший энергетику, ЖКХ и строительство, в октябре 2026 года был назначен советником гендиректора «Россети Северный Кавказ». Местные наблюдатели расценивают этот переход как «смену вывески без смены сути».
Не меньшие вопросы вызывает и фигура, возглавившая «Единого гарантирующего поставщика». Гендиректором ЕГП стал Лев Кузнецов - бывший полпред президента в СКФО. Человек, который на протяжении нескольких лет курировал регион на федеральном уровне и отвечал за его социально-экономическое развитие, теперь руководит структурой, которой хотят передать управление всеми коммунальными ресурсами. По сути, из «надзирающего» он превратился в «хозяйствующего» - но надзорные функции при этом никуда не ушли.
Таким образом, фактически речь идёт о создании единого расчётно-сбытового центра по всем коммунальным ресурсам на Северном Кавказе.
Корень энергетических проблем Дагестана не в том, «кто собирает платежи», а в системной коррупции, износе инфраструктуры и недостатке инвестиций. Если те же люди, которые годами не могли решить проблемы региона на своих постах, теперь получают в управление ещё и воду с теплом, - вряд ли что-то изменится к лучшему.
Для Дагестана это скорее пластырь на рану. Настоящая причина болезни - чёрная дыра потерь, коррупция и отсутствие инвестиций - не затрагивается. А когда «знакомые лица» в новом качестве продолжают контролировать распределение ресурсов, а теперь ещё и воду и тепло, у дагестанцев есть все основания сохранять настороженность.
