Тазият пандемический

Вчера в Хасавюрте похоронили моего друга, односельчанина. Замечательный был человек. Редкой доброты и щедрости. Речь не о нем. Сыновья усопшего обратились ко всем через чат села, через социальные сети с просьбой не приезжать на соболезнования, не подвергать себя и других риску. Поблагодарили всех, отметили, что нет нужды в помощи в похоронах. Но сотни жителей города, друзья, знакомые явились на тазият, сопровождали тело усопшего и приняли участие на похоронах. Приняли участие и имамы мечетей города и близлежащих сёл. Рассказывают, мало кто удержался от слёз. Потеря для многих невосполнимая – таковым был Омар. Автобусами, полными экипажами приехали на соболезнование женщины. К супруге, к родственникам. Рыдания, причитания, обнимания. Понимаю эмоции, понимаю горе. И на второй день поток не прекращается. Приезжают из района. Как сообщили мне родственники, вчера тысячи людей прошли через дом Омара. Потоку машин не было конца. Тазият продолжается. Невзирая на просьбы родственников. Теперь анализ: в апреле в Ленинкенте умерла родственница лет под 80. Родственники также по Воцапу и по всем возможным каналам обратились ко всем, чтоб не приезжали на тазият. Прислушались. Кроме ближайших родственников. Супруга Омара приходится ближайшей родственницей умершей в апреле (кстати, и эта смерть бабушки тоже в очаге ковидной пневмонии! В доме болели двое ковидной пневмонией). После похорон бабушки через 7-10 дней захворали несколько человек. В том числе и супруга покинувшего мир Омара, по ком в эти дни тазият в Хасавюрте. Заболел и Омар. Заболели несколько родственников, контактировавших с семьей Омара. 15 мая Омар связался со мной и рассказал свою ситуацию. Велел ему срочно лечь в больницу. Лег. Несмотря на проводимое лечение, состояние прогрессивно ухудшалось. И 30 мая при нарастающих явлениях почечной недостаточности и интоксикации, Омар скончался от ковидной пневмонии. Тазият продолжается. В Цумадинском районе родное село Омара Тлондода оставалось одним из немногих, которое миновало ковид. И это благодаря противоэпидемическим мерам не только медработников, но и имама мечети, духовенства, в частности благодаря активности Шахрурамазана Газимагомедова, который уже с февраля- начала марта велел прекратить массовые сборы в селе, в том числе и пятничные молитвы. В тот период официальное духовенство республики еще виляло своими уклончивыми ответами на вопрос о допустимости пятничных молитв в условиях пандемии, а Глава видимо ждал ответа от муфтия. Духовенство села строго взяло под контроль эпидрежим в селе, постоянно проводит разъяснительную работу среди жителей и вчера после кончины сельчанина имам Тлондодинской мечети также обратился ко всем, чтобы не превращали тазият в массовку, чтобы не приезжали на соболезнования и похороны. При этом обосновывал свой призыв шариатскими нормами в условиях пандемии. Но ситуация вышла из-под контроля. Плотину прорвало. Надо ждать возникновение новых очагов заболевания. Надо ждать новый наплыв тяжелых больных. В этой связи у меня возникает вопрос: На каком языке разговаривать с этим народом? Я говорил и на багвалинском, и на аварском, и на русском. У меня один ответ: этот народ поймет только язык СИЛЫ! Причем, жестокой силы! Не зря ведь этот народ скучает по Сталину. И еще. В самом начале, даже еще до настоящего начала пандемии Глава республики снял с должности Главу Ботлихского района за… ненадлежащую подготовку к началу пандемии. В тот же период муфтият республики освободил одного из имамов Кизлярского района, тоже по невнятным формулировкам, связанным с распространением коронавируса. И в том, и в другом случае пандемия помогла решить кадровые вопросы. Убрать неугодных, неудобных. Республика на 2-3 недели как минимум опоздала с мерами по предотвращению распространения пандемии. В этот период ни муфтий республики, ни Глава республики не выработали противоэпидемический режим в республике. Мало того, в мечети пытались внедрить каких то волонтеров с дезсредствами, определяли расстояние между молящимися в мечетях, обосновывая это тем, что «нельзя закрывать дом Аллаха!» Сегодня и тот, и другой спасители Дагестана, которые грудью встали перед бурей короны и предотвратили массовую гибель дагестанцев. А дагестанцы продолжают гибнуть. Как рассказывают жители Губдена, за неделю в их селе похоронили более 90 тел, умерших он ковидной пневмонии. Многие так и не дождавшись медицинской помощи. И, конечно, не от короны – их ведь не успели даже осмотреть при жизни! Абдурашид Саидов Facebook Стилистика и орфография автора текста дана без изменений