Дагестанские чиновники ответят за "корову"

Больше недели в соцсетях и дагестанских СМИ бурно обсуждали краеугольную проблему: назвал ли Абдулатипов школьных учителей коровами или всё это измышления и происки злобных блогеров и недобросовестных журналистов, использующих любую возможность для очернения главы республики. Градус обсуждения при этом был так высок, что дискуссия выплеснулась на улицы — возле здания правительства состоялись два одиночных пикета, участники которых протестовали против оскорбления дагестанских женщин. Дискуссия сошла на нет после того, как «очернители» доброго имени главы не смогли представить убедительных доказательств, что крамольная фраза имела место в действительности. В итоге единственным результатом этой истории стали проблемы, которые, очевидно, обеспечил себе участник одиночного пикета — депутат Народного собрания от КПРФ Марат Асланов, а также возможные судебные иски к изданиям, исказившим слова Абдулатипова (о том, что они готовятся в правовом управлении администрации главы, сообщило информационное агентство REGNUM). Что ж, все правильно, все по закону — журналисты, не проверившие информацию, проявили непрофессионализм и должны быть наказаны. В конце концов, каждый должен отвечать за свои проколы. Тут, как говорится, вопросов нет. Другое дело, что лично мне будет очень обидно, если из этой дурацкой истории сделают выводы только журналисты. Я вот что имею в виду. Почему фейковую информацию о «коровах», появившуюся в соцсетях, абсолютное большинство пользователей сразу и без всяких сомнений восприняли как реальный факт? Ответ очевиден: Абдулатипова в ходе его публичных выступлений, на мой взгляд, очень часто «заносит»: он унижает не только своих оппонентов, но и соратников, и на фоне этого несуществующая «корова» воспринимается чуть ли не как комплимент. В ходе обсуждения в сетях я несколько раз встречал комментарии, суть которых сводилась к следующему: по большому счету, не очень важно, обозвал глава учителей коровами или нет. Самое главное, что он вполне мог так сказать. И это, по существу, — главный нерв всей этой истории. Один мой знакомый предположил, что провокация с коровой задумана и реализована работниками пресс-службы Абдулатипова для того, чтобы сознательно подставить оппозиционные СМИ, а заодно показать, что все «наезды» на главу не имеют под собой реальной почвы. Именно поэтому, уверял знакомый, представителей независимых СМИ не допустили на образовательный форум. Версия, безусловно, интересная, вот только не вполне уверен, что данная структура в принципе умеет играть в «информационные шахматы», сознательно жертвуя пешки и другие фигуры в подготовке неожиданного мата. Тем более что это далеко не первое мероприятие с участием главы, на которое не пригласили журналистов самых читаемых изданий республики. Не допустили и не допускают, на мой взгляд, исключительно из-за того, что глава регулярно отступает от написанных текстов и генерирует перлы, за которые членам его команды приходится краснеть. На том же форуме, кстати, Абдулатипов в очередной раз «отличился», публично признавшись в факте дачи взятки. Правовое управление администрации главы почему-то этот факт проигнорировало и никаких исков к нарушителю российского законодательства инициировать не стало, очевидно, посчитав, что сегодня намного важнее бороться не с проявлениями коррупции, а с неправдой во всех ее ипостасях. В таком случае у меня есть еще несколько поленьев, которые я с удовольствием подброшу в этот очищающий костер истины. Недавно (см. информацию «Росстат «откорректировал» положительную динамику» в прошлом номере «НД») Федеральная служба статистики опровергла ранее озвученные данные о росте физического объема валового регионального продукта Дагестана в 2015 году на 4,7%. По скорректированным данным, в указанном году объем ВРП, напротив, сократился на 1,4%. Как говорится в сообщении пресс-службы ведомства, соответствующие изменения уже внесены в официальные отчеты Росстата. Впервые после кризиса 1998 года в Дагестане в 2015 году зафиксирована отрицательная динамика валового регионального продукта. Разница в оценках, таким образом, составила 6,1%. В рублях это выглядит еще более весомо: примерно 4,5 миллиарда рублей, с учетом наших реалий деньги очень серьезные. Почему же на издания, опубликовавшие информацию о несуществующей корове, готовятся иски в судебные инстанции, а наши высшие чиновники, солгавшие нам о якобы имевших место успехах в 2015 году, не несут за это никакого наказания? Вывод из этого следует однозначный: искажать факты и вводить в заблуждение граждан в Дагестане разрешено лишь представителям власти. При этом речь идет вовсе не о единичных фактах — практически все наши высшие чиновники регулярно лгут и подтасовывают факты и при этом не несут никакой ответственности. К примеру, глава республики не раз и не два публично заявлял о том, что практически все дела об убийствах журналистов в республике доведены до логического конца, при этом приводил информацию об 11 якобы раскрытых преступлениях. На самом деле на сегодняшний день раскрыто, да и то не полностью, лишь одно убийство — журналиста Малика Ахмедилова. Убийцы же Ахмеднаби Ахмеднабиева, Гаджимурада Камалова, Загира Арухова, Магомедзагида Варисова, Гаджи Абашилова и остальных наших погибших коллег до сих пор разгуливают на свободе. Еще одна цитата главы: «Выборы 2016 года были, как никогда ранее, легитимными, открытыми и честными». Напомню, это было сказано в послании Народному Собранию в этом году. Сюда, думаю, уместно подверстать все высказывания председателя Центральной избирательной комиссии России Эллы Памфиловой, приехавшей в Дагестан разбираться с многочисленными нарушениями, допущенными в ходе выборов. Но поскольку сказано было очень много, ограничусь всего двумя: «Нигде, кроме Дагестана, я не сталкивалась со случаями увольнения работников бюджетных учреждений за то, что они не поддержали нужных главам местных администраций. Таких заявлений в ЦИК больше не поступало ни из одного субъекта страны»; «При попустительстве сотрудников МВД были многочисленные случаи удаления наблюдателей. Ни на одной стадии рассмотрения жалоб — были такие случаи — ни разу не приглашали заявителей». Еще навскидку. Говоря о прошлогодних массовых отравлениях в Махачкале, мэр города Муса Мусаев объяснил их причину ливнями, которые «четыре дня шли в городе». Несколько дней спустя, докладывая президенту страны о ситуации с отравлениями жителей дагестанской столицы, Абдулатипов привел совершенно другую цифру: «около 10 дней шли ливневые дожди в Дагестане». Кстати, рассказывая Путину о ситуации в Махачкале, глава республики слукавил и по поводу числа пострадавших, находящихся на тот момент в больницах, сократив их число почти в полтора раза. Из свежего. Сразу же после пожара на рынке на улице Ирчи Казака представители мэрии Махачкалы пообещали погорельцам, что рынок не будет переноситься за город в течение трех лет. Некоторое время спустя Муса Мусаев данную информацию «слегка откорректировал», объявив о том, что «в ближайшие полтора-два года рынок переносить не будут». И глава республики, и мэрия Махачкалы, и руководство Минстроя не раз и не два докладывали об успешной реализации программы по переселению граждан из ветхого и аварийного жилья в республике. На самом деле вместо успешной реализации налицо два масштабных скандала. Один в Махачкале, в которой жители домов, попавших в программу, массово протестуют против переселения на территорию бывшего ипподрома, где отсутствует коммунальная инфраструктура и нет школ, поликлиник и детских садов. Второй скандал все сильнее разгорается в Дербенте, где людей из центра города переселяют на окраины и при этом срывают финансирование строящихся объектов. Нам регулярно сообщают о закладке новых парков и скверов в Махачкале, а воочию мы наблюдаем массовое уничтожение зеленых насаждений и регулярные «санитарные вырубки». Все ради «благих целей». Так, в парке Ак-Гёль молодые деревья вырубаются для реализации сомнительных проектов. Заодно тут неожиданно появилось и активно строится еще одно капитальное здание, по предположению пользователей соцсетей — очередной ресторан, которых так «не хватает» в дагестанской столице. Еще более тяжелая ситуация сложилась в Эльтавском лесу, где вопреки всем обещаниям столичных властей не прекращается строительство многоэтажек. С одной стороны, наши чиновники на всех площадках рекламируют отдых на золотых берегах Каспия, с другой — Роспотребнадзор констатирует, что «ни один из пляжей Дагестана не имеет санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии водного объекта, без которого использование пляжных зон недопустимо». Минпром говорит о своей успешной работе по развитию промышленности, тогда как рост показателей обеспечен исключительно за счет работы нескольких предприятий. Лидер республиканского машиностроения КЭМЗ успешно вписался в программу импортозамещения исключительно благодаря тому, что его директор Ибрагим Ахматов много лет вкладывал прибыль от реализации экспорториентированной продукции, в первую очередь средств наземного контроля летательных аппаратов, в программу технического перевооружения предприятия. «Дагдизель» сегодня находится на плаву исключительно потому, что договорился с Дмитрием Рогозиным о том, что в обмен на 38% акций предприятия федеральный центр вложит около 2 млрд рублей в программу техперевооружения завода и обеспечит предприятие оборонными заказами. «Азимут» много лет назад вошел в федеральную программу модернизации российских аэропортов и благополучно участвует в ее реализации. Завод Гаджиева вышел в лидеры из-за стремительно упавшего рубля — импортные погружные насосы резко подорожали, и «Лукойл» увеличил объемы закупки данной продукции у российских предприятий. И где, скажите, тут помощь Минпрома? Тот же завод Гаджиева Минпром не поддержал в его конфликте с мэрией Махачкалы, запретившей строительство многоэтажек на территории предприятия. А поскольку именно за счет этих денег завод сегодня со скрипом переезжает на площадку «Уйташ», программа переезда оказалась заморожена почти на два года. Ситуацию спас Фонд развития моногородов, пригрозивший, что в случае дальнейшего саботажа переезда предприятия руководство Фонда пересмотрит соглашение по финансированию инфраструктурных объектов на площадке «Уйташ». В виртуальной чиновничьей реальности нам докладывают, что порт успешно развивается и у него есть шансы стать центром логистической цепочки Север-Юг. На самом деле с начала года объемы перевалки здесь сократились в разы, и сегодня речь идет о фактической заморозке объекта. Вот цитата из недавнего интервью журналу Forbes Зиявудина Магомедова: «Он в разобранном состоянии, все нефтяники оттуда уходят. «Транснефть» много об этом писала. При допустимом содержании воды 0,5% в нефти там 5—10% воды, в прошлом году в работе порта было 29 технологических остановок». Я сознательно брал примеры из различных сфер деятельности республиканской команды управленцев, чтобы показать, что ложь наших чиновников стала тотальным явлением и пронизывает практически все стороны нашей жизни. К слову, независимые СМИ обо всех этих случаях публичного вранья регулярно писали. И будут писать, несмотря на то, что представители власти эти публикации не видят в упор. И именно из-за этой системной борьбы с чиновничьей ложью и произволом в недалеком будущем им предстоит ответить за «корову». Источник: Новое Дело